Всем хорошо известно, что этот фильм позволил впечатляюще заявить о себе Джону МакТирнену, ранее создавшему лишь недорогой триллер «Кочевники» /1986/, и резко приумножил число поклонников Арнольда Шварценеггера, при всё-таки среднем бюджете ($18 млн.) собрав в североамериканском прокате почти $60 млн. Что, кроме того, первоначально на резко отрицательную роль инопланетного Хищника, сеющего на Земле смерть, был выбран каратист Жан-Клод Ван Дамм, покинувший проект после двух дней съёмок, передав эстафету темнокожему великану Кевину Питеру Холлу, который, кстати, в финале предстаёт и в своём человеческом обличии – в качестве пилота вертолёта. Что сценарий, написанный братьями-дебютантами Джоном и Джимом Томасами, родился из… оброненной кем-то шутки о том, что единственным, кто смог бы на равных сразиться с Рокки Сильвестра Сталлоне, является спилберговский «инопланетянин»; по иронии судьбы, образ майора Джорджа Диллона в итоге воплотил Карл Уэзерс, он же Аполо Крид, чемпион по боксу и приятель Бальбоа. Что постановщиком трюков выступил Крейг Р. Баксли, впоследствии снявший несколько стильных боевиков. Что, наконец, отменные, по-своему уникальные визуальные эффекты (особенно впечатляют кадры с Хищником в специальном обмундировании, преломляющем, а не отражающем свет) оказались выдвинуты на соискание премии «Оскар».

Впрочем, всё вышеперечисленное теряет особую значимость по сравнению с удовольствием, доставляемым бесподобным, безостановочным действием, где очередной персонаж «славного Арни» чувствует себя как рыба в воде. «Это не человек…» – рассеянно, теребя висящий на груди талисман, замечает один из спецназовцев в ответ на изумлённую реплику товарища: «Ты же никогда не боялся никого, ни одного человека». Выйти победителем сумеет лишь майор Алан Шеффер по прозвищу «Датч» (‘голландец’), который, можно сказать, вынужден подавить в себе остатки «человеческого, слишком человеческого» – иначе не уцелеть! Ибо Хищник-то – точно не ведает ни страха, ни жалости, ни пощады, относясь к высшему биологическому виду, населяющему нашу планету, как к расходному материалу, источнику ресурсов. Вот по какой причине оказался незаменим Шварценеггер, не просто эффектно выглядящий в джунглях, с автоматом наперевес и в камуфляжном окрасе, покрывшем тело и лицо. Кто, как не он, смог бы настолько убедительно предстать в современной – последней четверти XX века – модификации образа ницшеанского «сверхчеловека»?! Кому ещё можно было б, следуя примеру Константина Станиславского, сказать «Верю!», наблюдая, как тот усмехается («Ну ты и урод»…) прямо в глаза могущественному пришельцу, рискуя поплатиться жизнью?! Пролог со штурмом отрядом коммандос базы террористов, как и присутствие пленённой Анны, придаёт событиям достоверность, почти аутентичность, которую последующее фантастическое действо на удивление не опровергает.