World Art - сайт о кино, сериалах, литературе, аниме, играх, живописи и архитектуре.
         поиск:
в разделе:
  Кино     Аниме     Видеоигры     Литература     Живопись     Архитектура   Вход в систему    Регистрация  
  Рецензии и биографии | Рейтинг кино и сериалов | База данных по кино | Кинопрокат   
тип аккаунта: гостевой  

KOrsar45: списки | комментарии | апдейты | оценки

СА?: 4 года 11 месяцев (ID 136933)
аккаунт зарегистрирован 16.09.2010
последний раз использован 26.08.2015


напишите
собщение
KOrsar45

отзывы: аниме (45), кино (27), видеоигры (0), манга (0)
440 раз(а) разные люди сочли отзывы KOrsar45 полезными

отзывы | обсуждение отзывов


Президент Линкольн: Охотник на вампиров (2012.06.24)

«Написанное пером таки можно вырубить топором»
(Авраам Линкольн. Из не вошедшего)

Вы никогда не знали настоящей остроты слова, если не читали манифесты Линкольна. Каждым новым указом этот мужчина рубил правду-матку особенным топором, в блеске которого не отражаются самые страшные из нас. Крепость которого прячется в самых важных человеческих ценностях.

Никому не известна настоящая история Авраама Линкольна. Этого бедного паренька, мать которого покусал вампир. Покусал бесстыдно, без уважения. Отнёсся к ней этот вампир, гнида, как к рабу, наплевав на все её права. Как поселилась в маленьком сердце мальчика месть, способная свернуть и шеи и горы, и как запивал он эту месть книгами и заточал в дневник, ассоциируя рабовладельцев с кровососами. И как пришёл к нему, заблудшему в пьянстве, уже почти состоявшемуся мужчине, некто Генри Стерджесс и попытался избавить от лукавого. В молодости у него лицо Бенджамина Уокера (как никто другой на роль американского президента подходит актёр с именем Бенджамин), в старости же — с гримом вылитый Лиам Нисон.

«Я убежден, что топор является наилучшим подарком, которым Бог когда-либо наделил человека. Все наилучшее от Спасителя мира передаётся нам через этот инструмент»

Безграничен самостёб, на который способен американский народ. Постепенно подстрекая себя на тему национального ожирения, набожности, толерантности, патриотизма, казалось, что вот уже не осталось ничего святого у страны, авотфиг. Страшно, должно быть, смотреть американцам, как в разнос пошли более древние устои, карикатурность которых теперь уже граничит с агит-мемом Капитаном Америка.

«Топоры при рубке леса не меняют»

Надобно признать, что Бекмамбетов не являлся никогда режиссёром. Ни в полном, ни в частичном смысле этого слова. Клипмейкерство — слишком болезненное клеймо для человека, отдавшего талант на яростное растерзание коммерции. Путь этот истоптан многими, но именно Бекмамбетов на нём добился многого, многое же потеряв.

Вот только в этом «Охотнике на вампиров» потерянное никак не ощущается. Сочинённый троллем роман о величайшем неизвестном охотнике на вампиров, чертовски переоценен. Но переоценивать его гораздо приятней, чем ругать. Он напоминает пародию. Пародию, сделанную с каменным лицом и холодными руками. Возможно, даже фильм недалеко ушёл от печатного издания в принципах. Здесь слоу-мо ещё больше, чем в «Матрице», последней «Обители Зла» и «Запрещённом Приёме», а эпик битв кроет начисто «300 Спартанцев». Обилие треша заставляет маячить на фоне неоновыми саблями «b-movie», а диалоги порой настолько едки и меметичны, что начинаешь переставать видеть границу, за которой кончается киношный Эйб и начинается настоящий. Всё это — чистой воды перебор. Перебор абсолютно во всем. И именно такой перебор можно принять за искусство — за эту многоликую бестию, что сводит с ума умы и вкусы ценителей, начиная с самых древних времён.

«Те, кто лишают топора других, не заслуживают его сами»

Да, оказывается, Т. Б. не всегда значит «Тим Бёртон», когда это относится к кино. «Охотник на вампиров», отворачиваясь от политизирования нечисти, не гнушается цитирования, как диалогов, так и целых идейных поворотов многих более-менее свежих вампирских фэнтези, где, в угоду сборам, сила сюжета проигрывает силе идеи в него вложенной. Зато, как удачная книжная мутация, он наполнен символизмом, агрессия которого бьёт по спине мурашками, а галдящих соседей по залу попкорном в затылок.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Хижина в лесу (2012.04.18)

Сойдя от собственной многоликости с ума в секретных пенатах ментрагона, Уидон собрал небольшую кучку актёров, режиссёров, поператоров и других разнообразных кинематографических рас и злобно захихикал. У него и так полно псевдо-мейнстримного филе в загашнике, а тут ещё собирают самых оригинальных фанов комиксов (оригинальных не в смысле, что они как-то попой или третьим глазом их читают, а в личных интерпретациях) и миксуют из них кино. Зарублю, мягко и по-отцовски сказал он. Притаившийся в тёмном уголке Хоррор побелел от ужаса, шмыгнув носом. Как это, его и рубить? Пусть лучше деньги рубит. Вон, смотри, сколько сочного мяса. Предлагаю тебе Сэма Рэйми — он, поди, уже ждёт тебя в хижине.

Но нет, Уидон (в его фамилии есть философское «Уиии!») потыкал в нескольких ребят пальчиком и продолжил хихикать. Зарублю, сказал он. Всех. И тебя, нарик. И тебя, нирвана. И тебя качок. А то, что ж вы это такие все заштампованные? В вас ни грамма оригинальности. Хоть и дымите, и молотом стучите, толку от вас — как с моего кота молока. Вы же даже и не догадаетесь, что это я вас убил. Я вас просто пальцем ткнул. От этого умерло меньше людей, чем даже от кокосов. Вы лучше подумайте, как я вас буду рубить? А люди такие и думают, чем же нас можно порубить? Бросают взгляд на притаившегося в уголке шмыгающего Хоррора. А я чо, пожимает плечами Ужастик, у меня саспенсы из ноздрей текут, я вообще недееспособен (и протирает вспотевший костлявый лоб чёрным рукавом). Уидон разочарованно качает головой. Как я и ожидал, говорит Джосс. Вы без поллитра и манускрипты читать не полезете. А ребятишки и думают, не уж-то мы сами выберем себе свою смерть?! Мы будем убивать себя?! Уидон смотрит в сторону Хоррора и рявкает, ты, мол, плохо на них влияешь. Мозги у людей совсем атрофировались. Они вворачивают совершенно странные и недееспособные каскады туда, куда не надо. Я, мол, столько всякого сброда повидал на своём веку. Они только на жертвоприношения годятся, невинные ягнята, мать их…

Лучше сообразите, чего общего между нашей с вами ситуацией и вторым Криком? Неверно! Я не похож на Олифэнта! С другой стороны — близко. Я вас зарублю руками другого человека. Дрю его имя. Вы всё равно не знаете. А я с ним знаком достаточно давно, чтобы оценить методы его работы.

Я вам даже дам шанс. Вы, как бы, знаете, что вас ждёт в ближайшую ночь. Вон, ваш куратор расскажет вам, как всё обстоит дело в подобных штуках. Эй, Хоррор, да выйди же ты из тени, наконец! (кажется, хоррор отчаянно завертел головой, но в темноте был лишь слышен шорох ветхого балахона) Он не стесняется, не думайте. Он вашего народа уже прилично отгеноцидел. Никакие Баркеры ему в подмётки не годятся. А в подвалах Львиных Врат осталось достаточно неиспользованной бутафории после Гнева Титанов. А её ещё нужно вернуть обратно в Фонд, поэтому мой вам наказ: умирайте от их рук побережней. Вам зачтётся, обещаю.

Да и вообще, вы не могли с собой придумать что-нибудь получше? Что это за неправильные качки? Учёный очкарик, да социолог с дипломом — расстрелять однозначно. Устрою вам такую кровь, кишки раскарабасило, что и съёмочный состав не пожалею. Кишок всем и даром! И пусть никто не уйдёт обиженным! На обиженных кишки возят. Без труда не вытащишь и кишки из живота…

Под финал Уидон разразился зловещим смехом, приложив мизинец к уголку губ, и взглянул в тёмный угол. И почему я кажусь гораздо злобней тебя? Да потому что ты тут весь такой резкий и незванный, припёрся ни к селу, ни к городу, что а перец — не знаю, ответил Хоррор, растерялся, мол. А Джосс только этого и ждал. О, его Пожиратели долго ждали отмашки мастера, чтобы вернуть доброе слово чуткого беспредела в руки забившегося в угол бедняги. Зажмурьтесь, сказал Уидон внезапно мрачно. Я вас сейчас буду бить промеж жанров.


+5Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Джон Картер (2012.03.17)

Вы можете сколько угодно разглагольствовать о деревянных актёрах — мне просто нравится Тейлор Китч. Вы можете легко давить на то, что сюжет ужали до примитива — мне просто нравится смотреть в экран. И вам ничего не стоит сказать, что вы зачитывались марсианским циклом Берроуза в своём детстве — мне просто понравились кресла и сам зал.

Чем больше в картине эпика, тем мелочнее мотивы главгероев и главзлодеев. Вы видите огромные корабли, сотни бойцов, мурашки бегут по коже от драйва, но он ничего не стоит. Абсолютно. Маленькое зёрнышко истины — оно уже давно погребено под прахом сотен фантастов, высоких романтиков и фэнтезистов. Одна братская могила отчаянной индивидуальности — дань каждому «Я смогу! Мы сможем!» Прокрутите к началу ленты — там вам популярно расскажут главные спойлеры сюжета и имена всех тех, кто сложил головы перед этим огромным чудищем. В вас зажжётся маленькая искорка вдохновения, что посетила Лукаса, Кэмерона, Брэдбери, Кларка… кого-нибудь ещё. Вам захочется прыгнуть повыше.

Мелочные мотивы — это не зло. Это всё те же огромные красивые небоскрёбы душ, просто с космического корабля на орбите планеты они выглядят не больше песчинки в засохшей марсианской пустыне. Джедаи сражаются за мир во всей вселенной. Фремены несут мир бойней на Арракисе. Тарки так же случайно рубят и расстреливают зло на Барсуме. Эта логика похожа на одну из тех, которые притягивают за уши, если бы она не была написана за несколько секунд. Мотивы баланса целых неведомых планет — это утопия (даже в антиутопии) человеческого сознания. Жизненное кредо тех, кому не хватает своей собственной жизни. В этом есть самый великий смысл, наверное… вот только мне он просто не кажется, ни красивым, ни великим.

Здесь внезапно заговаривают голосом эпох несуществующие ни в одном из миров персонажи. Стронг будто бы оторвал глаза от сценария и сказал главному герою не цель гениальных полководцев и теневых кукловодов, но саму суть эпического фэнтези, огромного и необъятного, ни глазами, ни мозгом. «Мотива нет». Он открыл давно уже сгнившие глаза Берроуза. Нет ни аватара, что предаёт Землю ради синей кошки, ни детектива-инспектора, что возлюбил лежать в коме, ни вояки, чьё место — за миллионы световых лет от своего тела. Любая битва — небольшая, но яркая ветка метафизического путешествия первозданной души. И Картер видит угли дома в пылу самоубийственного сражения.

Планетарное фэнтези — нирвана для сильных умом и бородатых подбородком. Мелкие мотивы выглядят огромным и красивым зданием, когда ты спускаешься по трапу на землю и предстаёшь перед ними лицом к лицу. Битва за любовь, битва за собственную свободу — это прекрасный и огромный карточный домик. Ты его сфотографируешь, покажешь друзьям и расскажешь, сколько его выстраивал автор, но в итоге ветром унесёт лишь перо птицы, что клюнула тебя в руку, украв кусочек хлеба. На журавля похожа…


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (5)

Пробуждение жизни (2011.11.26)

lim life

Ты можешь всё. С лёгкой, но очень сильной, руки вырыть огромную глубину смысла сворованной у Гондри и Кауфмана лопатой. Сходу назвать пять первоисточников, вдохновивших Ари Фольмана. В довершении даже кивнуть Филиппу Дику, безучастно сообщив, что Тебе так же стало не по себе. Ты можешь всё. Абсолютно всё. Но всё это — это лишь всё, что Ты можешь.

Насколько яростным может быть внутрижанровый посыл, невозможно описать тонной слов с окончаниями «…тика», «…изм», «…ция» и «ну, ты понел». Конечно же, как только хочешь рассказать другу, про что же всё-таки «Пробуждение Жизни», остаётся два варианта: либо описанные выше тонны, либо «Ну понимаешь, он такой типа наклоняется, чтобы поднять листок, его сбивает машина, и он типа просыпается! ..» Другое дело, что распустившаяся шипастыми лепестками роза философских направлений новой эпохи с благой яростью огораживается Линклейтером, заседающим на мраморном постаменте подле психолога в очках-призмах-образах. Нарочно позабыв об общей концепции искусства, муза встала и пошла. Приподнимая заспанное лицо зрителя, пускающего слюни на уютную подушку, дабы обдать его освежающим ветром. Кино бодрит самосознание. Но при этом является одним из самых полезных способов как заснуть быстрее всех. В этом весь Линклейтер. Каждая его авторская идея — это один сплошной ряд одной-единственной жизни, который ни за какие коврижки не сойдётся, даже если прикрикнуть на него тапком.

Оно всё извлекается из снов и тут же любовно записывается в блокнотик. Приветственная речь людей, которые умерли в прошлом веке, доказывают об одной грани сна. Играющие на гавайских гитарах говорят о другой. Жизненная позиция «спать» распухает, как при аллергии на укусы пчёл, и завышается чувство собственной важности, затягивающее узел на ощущении суперспособности видеть сквозь опущенный занавес времён. С успехом принятая публикой уникальная картина на доступном языке сообщает принципы философии. Готовит целое поколение гуманитарно сложенных личностей. С гордостью Алисы, свалившейся головой вниз в нору, можно рассматривать сон, как нечто многогранное, не понимая до конца, что тело уже давно находится на одной из его граней и стучится о бесконечные рёбра, в ожидании падения в бездну.

Легко говорить своими словами и глобальных вещах, есть небольшая надежда, что они покажутся кому-нибудь умными. В этом плане «Пробуждение жизни» — прекраснейший пример, демонстрирующий автора, как человека, как любителя какой-либо вещи, а не режиссёра. В других измерениях задыхается артхаус — ведь, он весь такой свой, что прямо в доску, хоть дротики кидай. И удивителен, всё ещё удивителен тот факт, что публике так просто было не понять, но посчитать это крутым, или понять, но всё равно посчитать полезным. Стадный инстинкт или, наоборот, чувство индивидуальности, они согревают нейро-путешественников нашего коллективного мозга, доводя до уровня инстинктов понятия об истинном и узнаваемом, как в экспериментах с кроссвордами.

Насквозь антиамериканский, поданный изнутри сознания постмодерна и первичных глав продвинутой логики, он бесспорно оригинален. И, как это принято в Америке, у него отличный звуковой ряд и музыкальное сопровождение. И сборная солянка разных концепций и учений выглядит до обыденного целостной, гармоничной. Червие, сокрытое в первом, что должно бросаться в глаза — лишь побочный эффект всей этой исключительности. Но это же гораздо интересней, чем бесконечные штампы огромной страшной кровоточащей машины под названием Голливуд. Просто за всеми плюсами и выходцами из ряда вон потерялось совершенно обычное, но нужное, как воздух, для главного зрителя ощущение того, что это фильм. Возможно, это был просто сон. Сон, которому я не могу найти предела. Поэтому я закругляюсь, ведь, сейчас, когда я посмотрел на свои наручные часы, то обнаружил, что времени-то уже совсем… хотя на самом деле я не могу разобрать, сколько сейчас времени…


+0Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Помутнение (2011.08.25)

Немного убиковских вездесущностей и изречения, способные стать вековыми афоризмами. В этих маленьких безысходностях таятся приятнейшие фантасмагорические вещи, наигранно подчёркнутые, выдвинутые на лживый первый план. Смыслы и ответы трактовок, о которых умалчивал автор. Допустим, нет объяснения, с какого хрена та девчонка приняла облик Донны, или каким образом Рансайтер обнаружил в кармане монеты с профилем Джо Чипа. Все эти приятные мелочи — это скромные разоружения жанровых преимуществ. Разоружения сознаний. Всем нам привычно видеть в научной фантастике длиннющие объяснения теоретических допущений, и никто из нас не привык становится свидетелем мести злых духов огромным шагающим человекоподобным роботам.

Я молчал. Попав в квартиру Дока я всегда молча ждал, когда он принесёт мои вещи. От этого мало что зависело, но я считал Дока своим хорошим другом. Очень правильно же иметь хорошие отношения с дилером, которому ничего не должен. Его дом сквозил медицинской вонью, идущей в разрез с огромными горами на первый взгляд бесполезного мусора. Мир обоняния конфликтовал с миром зрения. «Важно разграничивать миры, которые тебе предоставляют — этому стоит поучиться у киношников» — сказал как-то Док, пребывая в особенно философском настроении.

Он сидел в луже крови, точней сидел на лежащем в луже крови мужчине, отчаянно брыкавшемся и ругающемся. Одна рука, прижатая к полу, безвольно мотылялась, другая была зажата в колене Дока. Я вовремя пришёл, сказал он, и попросил принести с кухни бинтов и бутылку рядом. Я никогда не спрашивал его, почему сахар лежит в холодильнике, или почему если он хочет заварить чай, то машинально тянется к банке с солью. Но всё же, как это ни странно, есть вещи поинтересней, чем сахар с солью.

- Я предложил ему пари. Сказал, что дам вместо одной три, если он откусит от себя кусок, весом хотя бы в сорок граммов, и при том задаром, — Док указал пальцем на плечо парня. — Видишь, как блестит. Вот здесь мышца слегка покушана. А где-то под столом кусок тот самый и лежит… — я сразу зажмурился, когда действительно увидел кусок мышцы, весь словно в клубнично-банановом йогурте замоченный. Это было отвратительно. Но такой вот он, Док. — Он прям как вцепился в плечо, сразу блеванул. Пришлось повалить на пол, а то совсем разбуянился…

На мой резонный вопрос о дезинфекции он, кажется, обиделся. Спросил, у кого в городе кличка Доктор. Отпил из горла бутылки и сказал, что уже помочился ему на рану. И попросил подержать его. Прикасаться к заблёванному, окровавленному, обмоченному наркоману — возможно, самая последняя вещь в мире, которую я ещё не делал и не хотел никогда делать. «В конце концов, всё это не имеет значения» — сказал Док. Грязь оттирается, смывается. Проходит со временем. Если ты, конечно, не о белоснежном платье с каплей засохшего пятновыводителя…

… Ощущение мягкой подушки подложенной на качели. И того, как меня уносит красочными ветрами, ротоскопично разрисовывая мировые днищи, маленькие дуновения эпохи. У всего есть свои имена. Да, да! Я хочу вершить историю, или хотя бы её запомнить. Поэтому тебя я буду звать Джефри («Меня все зовут Доком» — подметил быстро моргающий Джефри), а тебя назову Мисс («Ты издеваешься?! » — возразил растёкшийся по полу Мисс). Мне показалось это прикольным. Парень, которого зовут Мисс…

… — Знаешь, что я сначала посмотрел, — взвизгнул вдруг оторвавшийся от приходов Мисс, не обращаясь конкретно ни к кому. — Сначала я глянул… я сначала посмотрел Реквием по мечте! А потом… потом Бойцовский клуб! — взорвался он в финале и перешёл на шёпот. — О, да… это всё оттуда. Они все этим вдохновлены. Хоть отрицают, но это видно. Они разобрали полюбившиеся частички, словно сражающиеся за добычу мародёры, матерящиеся над давно сгнившим трупом пионера! — этот Мисс, судя по интонациям был законченным социопатом. Я видел в его мутных глазах не стереотипы, но какие-то совершенно дикие основополагающие кирпичи веяний. В нём жил сам препарат С — никто никогда не рассказывает о том, чем хорош этот наркотик, но многие на него садятся. Садятся на Медленную Смерть. В каком-то роде умирать тоже приятно. Любым способом.

В лице Джефри — путешествие по всем закоркам «…патий» и фобий. Наглядное пособие того, во что выливается творчески уязвимая натура. И каким образом она взаимодействует с реальностью. Эта настоящая борьба, соревнование романтизма с модерном. «Мы — маленькая пародия на социум» — бубнит себе под нос уже почти заснувший Джефри, расплавившийся по дивану. Возможно, вскоре его погони за комплексами и маниями закончатся, как закончатся мои странствия по ненависти, к которой я слепо бегу, каждый раз опять возвращаясь в логово Джефри.

- Ненавижу Киану Ривза… — вновь отчётливо замычал Мисс. — Вы же знаете его, да? Он меня просто бесит. Он и Стивен Сигал. Это такие люди, которые, почему-то ценны людям. Но на их лице застыл вечный покер фейс, меня просто бесит считать это актёрской игрой! — он присел на заднице и попытался встать, но лишь лёг теперь уже на бок, свернувшись калачиком. — Ненавижу, когда сначала прочту книжку, а потом увижу экранизацию… они вечно вырывают такие куски… если бы я не читал, то я бы понял, оценил… а тут… тут есть что-то другое. Знаешь же… — он не обращался ни к кому из нас. — …знаешь же, когда свои интерпретации. Это больше фанатский вандализм, чем творческое осмысление…

… Я стоял посреди пешеходного перехода. Куча машин с каждой стороны. Гудящие люди. Я сжимал в руке топор. Топор в крови. Откуда у меня в руке топор? Подо мной лежал испуганный до мокрых штанишек человек. «Я всё отдам! » — кричал он. Ах, да. Я вспомнил его. Объект моей ненависти. Уже несколько раз раненный. Мне стало страшно. Сзади подошёл Док и мягко выхватил топор из моих рук. «Уходим» — сказал он. Я не хотел его трогать, Док! «Успокойся» — простое помутнение. Просто пойдём домой и доторчим… запомни, простое помутнение…

Все послания коринфянам обрываются мотками субъективизма. Разбиваются об стол переговоров между левым и правым. Там естественно видно маленькое послание всем наркоманам. Ибо никто из авторов не осуждал, а некоторые даже сидели на наркотиках. В единицах тех, кто умудрился извлечь опыт, а не просто наблюдал за галлюцинациями в опиумных облаках, сидят великие люди. Огромная плата за игру. Джекпот человеческой души.


+0Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Конан-варвар 3D (2011.08.20)

Варвар 80-го уровня

Сравнение, которое теперь чаще всего увидишь к персоне Конана. Специализация — Варвар. Характеристики акцентируются на силу и телосложение. До максимума прокачен скилл владения двуручным мечом. Доспехи не носит, ибо они ограничивают и так не особо выдающуюся ловкость. Мана тратится разве что на боевой клич и ауру мясника…

Амбициозный проект амбициозен, или назвался груздём, полезай в кузов. Ведь нам обещали показать варвара. Показать старое доброе рубилово, в котором железный Шварц даёт в зубы верблюду и психоделично пучит глаза. Ведь отличная замена: из сотни тысяч не зазвездившихся качков выбрали именно того одного единственного, который «ненавидит» лошадей. Прогиб засчитан и открывается дань веков. Дань силе в виде утечки интеллекта. Красивое фентези заканчивается где-то на десятой склейке, а дальше начинается привет трёмстам спартанцам. Психоделики немного остаётся: на смену Шварцу с невменяемыми эмоциями лица появляется Момоа с взглядом маньяка-насильника. Вообще у многих актёров этого фильма страшные маниакальные глаза, будто именно это режиссёр видел в основе доисторической эпохи, словно потакая мягким улыбкам Клайва Баркера.

Но то ли что-то пошло не так, то ли прокаченный наполовину скилл молодёжного ужастика слишком сильно надавил на шею Ниспелу, помешав ему узреть грабли современных течений и увернуться от сочного удара летних духов римейка. Всё хорошо — многие именно этого и просили. Хотели насладиться смелым в своей глупости rpg-фэнтези, смелым в своём рейтинге. Но получили лишь двух более-менее развитых чаров, по одной с каждой стороны сценарного листа. Хотя архетипов было предостаточно: вор взламывает замки, стрелок стреляет из лука, танк ожидаемо танчит, а ведьма колдует. Но за два часа рваного повествования вспоминаются лишь красивые клипы Милен Фармер. Да, клипмейкеры просто грезят когда-нибудь снимать свои собственные полнометражные фильмы, как мастера спорта по стрельбе из лука когда-нибудь положить очередью из пулемёта невинных людей в аэропорту. Кажется, здесь достаточно одного лишь стремления.

И это стремление ожидаемо вылилось, именно в случае с Конаном, в стандартное rpg-шное онанирование на локации. В принципе, та же беда, что и с недавней «Битвой Титанов», только что ещё хуже. У хрупких людей, живущих на территории бывшего Ахерона (не будет шутки по поводу этого ахеренного королевства), слишком много крови, а у Момоа, как ни странно, почему-то, слишком мало мускул. Странная придирка, но его, в принципе, отличное тело кажется не маленьким в сравнении с терминатором всея мира, но недонабравшим в своей базовой комплектации. Однако людей с базовыми комплектациями гораздо больше, поэтому-то в своё время Шварц выполнял все трюки сам, а Момоа, говорят, разрешили тихо ненавидеть лошадей, терпящих его дублёров, в гримерке или где ещё…

Да, здесь носят на руках идею, что существует в мире такой мужчина, который может сказать «Женщина, ко мне! » и не получить тапком по мускулистой роже. Здесь требуют крови не от каких-то маньячных хостеловских замашек, а от настоящего боевого безумия, и нельзя ждать от него нолановской медитативности, или хотя бы снайдеровской жестокой гламурности, однако, поставленное на максимум разрешение не красит картину, и, в довершении всего, гвоздём в крышке гроба видится недавний «Следопыт» от того же создателя. Пускай лучше продолжает лишать невинности подростковые глаза…


+3Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Ковбои против пришельцев (2011.08.17)

«Ковбои против пришельцев» напоминают банку кока-колы, которую долго и сильно тряс один несносный хулиганистый мальчишка, а потом спрятал на десяток лет в сыром и прохладном склепе, где бы до неё не добрались ручонки консервативно настроенного отца, возжелавшего пресечь любые глупые проделки своего сынишки. Непонятно, что может вырваться из банки, а что не сможет, а то и возможно, что по заветам Стивена Кинга из этой банки выползет наружу какая-нибудь серая дрянь, норовя пропитать гадостью старый диван.

Первым делом хотелось, чтобы с таким названием выступил какой-нибудь залихватски юморной, полуанимационный и совершенно несерьёзный экшен, где главный герой напоминал бы скорей Джека Воробья, чем Джеймса Бонда вперемешку с Клинтом Иствудом. Там бы персонажи бросались в самое пекло с какими-нибудь глупыми клише-фразами, а потом выглядывали из-за этого пекла, все перепачканные в грязи и крови и говорили бы «Проще пареной репы». В таком случае «Ковбоев» бы постигла участь «Джона Картера с марса», который представлялся примерно в таком же ключе далёкие десятилетия назад, но из него вылепили совершенно серьёзное моральное кино. Нет, шутками «Ковбои» не обделаны… то есть не обделены, но подобных плюшек в фильме катастрофически мало, и фильм даже не спасает нервность Рокуэлла. Когда-нибудь давно подобный бы проект отклонили бы все студии, а за реализацию взялся бы какой-нибудь молодой энтузиаст, готовый поставить на кон всю свою карьеру, ибо именно в таком дерзком киновыражении видятся поиски новых глубин и направлений. Однако дерзкий гибрид фантастики и вестерна оборачивается насупленной сурьёзной американщиной о поисках собственного благосостояния, капиталистских ужимках и религиозных промывках мозгов. Жадные продюсеры режут сюжет ножницами Голливуда, как злобные сводные сёстры — мечты и надежды Золушки, стараясь выставить красавицу в совсем неприглядном свете. Особенно эта мотивация сбивает с толку, если взглянуть на бюджет фильма — ужасаешься и дрожащими губами лепечешь, что дороже пятидесяти лимонов этот фильм ну никак не выглядит. А Чебурашка по имени Крейг страшен, как смерть, но учитывая, что ради роли он сбросил двадцать фунтов, скажем ему спасибо — это, конечно же не рекорд Кристиана Бейла, но тоже очень много.

На фоне общей безыдейности понимается, что фильм — скорей не послание людям или цитирование любимых фильмов, но какая-то абстрактная и совершенно левая проекция эпохи. Не нашего поколения Х, и не Дикого Запада, но скорей посвящение тем же девяностым, а то и восьмидесятым, где фантастика и боевик категории «Б» имел возможность стать культовым за один какой-нибудь финт ушами, не взирая на общую бредовость канвы. Сделав гибрид нулевых и обозначенных годов, Фавро наделил инопланетян сценарной мотивацией, но всё равно воплотил их образ, как нечто дикое и жестокое в своей озлобленности. Персонажи гармонично не мыты, а Харрисон Форд, кажется, уже который фильм подряд не выходит из роли Майка Помероя — звездливой задницы из фильма «Доброе утро». Фавро не талантлив, и не амбициозен. Лично для меня он навсегда останется Питом — владельцем крутой компьютерной компании и одним из последних парней Моники Геллер в сериале «Друзья». А то, что теперь его имя будет ассоциироваться с Железным Человеком — почти пустой звук. Он просто не дал скатиться супергерою в банальщину. Грамотное следование кино-языку… он скорей молчаливый проводник киноисторий, чем их творец.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Восстание планеты обезьян (2011.08.17)

Выходишь на улицу, а там — революция. Гражданская война. Вот только по улицам бегут несогласные обезьяны, а не люди, носящие футболки одного цвета. Хотя, чем обезьяне — не люди? Головоломки решают, брюки носят и тактику ведения боя знают. Но всё равно, как самый чёрствый консерватор говоришь: «Я, конечно, не расист, но считаю, что обезьяна должна сидеть на дереве…" А они змейкой плетутся по земле и попадают в ловушки, от которых зелёные человечки плачут кровавыми слезами. С ними обращаются так, как с американскими рабами во времена английского колонизаторского беспредела. Лояльные островки-люди, которые — самые настоящие люди, среди остальных, которые это название носят лишь из-за голой кожи и ничего больше — почти оплот гуманизма, идейно олицетворяющие идеального зрителя, рассчитанного на фильм «Восстание планеты обезьян».

На самом деле название кажется несколько несуразным. Планета же наша, а говорится так, будто бы сама природа восстала против нас, доминаторов планеты. Опять же справедливые аллюзии и цитаты, связавшие шёлковыми нитками первоисточники и продолжения. Там, где когда-то Тим Бёртон резанул ржавыми ножницами по собственной индивидуальности, незаметно скатив в любимый фарс, которого избегал, достаточно серьёзную историю о так, видимо, желаемом нами будущем без нас. Без сатиры не обойтись было в такой глобальности. Но зелёные человечки предупреждали — не переходи на тёмную сторону без их ведома. Не бросай мусор мимо урны и естественно не пинай дворняг, ведь так делают только… а вообще-то да, пинай собак и бросай мусор мимо урны, ведь так делают только люди — это подчёркивает нашу индивидуальность.

Побежим вместе навстречу страхам и мечтам в райские ворота постапокалиптических стремлений, заплатив такую небольшую цену. Цену-процент от каждой покупки. Да, хочется иногда зелёным человечкам, чтобы природа просто взяла и выбросила немного мусора в дом к каждому, кто мусорит на природе. Чтобы огромному олицетворению человека надавало по щам огромное олицетворение природы. И, ведь, так бывает, когда Годзилла выбирается из химических отходов, или то же самое делают суперзлодеи. Когда человек перебирается в неведомый ему мир и понимает, что может в нём лишь своими экскрементами кидаться. Да даже те зелёные человечки, что вовсю пользуются интернетом, вырезают из деревьев свои транспаранты, не многим чище обычных людей — в глобальном плане.

Постапокалиптика — рай для несогласных, как ад для мазохистов. Экологически чистое добро стоит слишком дорого, и дорога, вымощенная жёлтым кирпичом — удобная горка для езды по ней на санках агрессии. Скатываешься по ней в дебри личного недопонимания, как псих, мечущийся в квадратном метре личного пространства. Запирая клетку собственными руками и возвращаясь в мир, которые в тебе нуждается. Да, так примерно всё и было, когда Цезарь не захотел вернуться домой. Словно одна молчаливая чайка из песни Bad Company, Цезарь, может и не знал, в чём Конец Света, но догадывался. От того и кричал яростное басовитое «Нет! », когда чувствовал, что его армия скатывалась к человечности в виде умерщвления.

Они всего лишь предупреждали, показывали лишь результат того, к чему идёт всё человечество (скажите это с дикой гордостью!). Да, каждая из Планет Обезьян являлась спящей формой собственного человеческого самобичевания с криками одумавшихся злодеев «Что я наделал? ! ». В идею всего лишь привносили сериальную вторичность, а суть нисходила уже из названия. «Восстание планеты обезьян» подобна фанатской реконструкции, фантазии на тему «Как вообще появилась Планета Обезьян? » Отсюда и веяние нулевых — вдохновение темами, популярными в новом веке. Явно устроив в лаборатории свой гуманный Обитель Зла, кучка человек даже и подумать не могла, что когда-нибудь кого-нибудь из-за них сможет настичь эффект «Двадцати восьми дней спустя», хотя нет — могли бы и подумать. Революция пользы оборачивается революцией мысли, и простая добродетель справедливо переходит в русло бездушного конвейера. Или грозит перейти. Опять же роль второплановиков — это витаминка для главных героев, что есть дурной вирус голливудского облагороженного кино. Даже Франко с его заслуженными амбициями разнопланово даровитого актёра в финале фильма предстаёт не героем, но героем второго плана, поступив, наверное, как самый обычный человек, дав последнюю витаминку новому революционеру.

Агрессивная символика — это лишь целый лувр отдельных картин. Нет артхаусной мелочности, или европейской смелости. Простые удобоваримые видения напоминают в большей степени трактаты сонника. Мост покрытый туманом. Опадающие листья туннеля из крон деревьев. Человек в окружении обезьян, как на арене цирка. Список, достаточно длинный и читаемый на интуитивном уровне, делает картине на удивление хорошую репутацию. И кажется, вот чего не хватало Планете Обезьян Бёртона — понятливости. Однако, возможно, публике надоела фантастика на пустом месте, где герои приспосабливаются к неведомому миру в самом начале. Им подавай реализма, и они получают его сполна в серьёзных обезьяньих лицах, нарисованных на копьютере.

Поэтому ещё и кажется, что новая картина — это самых традиционных правил резонатор настроения и чувств с самыми добрыми диснеевскими мелодиями и лучшим, что было взято из нудных семейных драм. Поставь вместо обезьяны, допустим, афроамериканского ребёнка, отбросив всякие расистские уклоны, получим немного «Невидимой стороны» в первой половине фильма.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Первый мститель (2011.08.17)

Когда стране нужны герои, хотелось выйти на улицу, и прямо искать этих героев. Схватить какого-нибудь парнишу, задумчиво чешущего репу под кепкой спрятанную, и так прям и спросить: «А ты готов нациста по каске укатать за родину? ! » и требовательно пучить на него свои глаза. Настолько требовательно, что какой-нибудь из глазей нечаянно выкатится. Не факт, что парниша готов будет родину защищать, но эффект обещан. Вот он, парниша, уже стремительно рвётся прочь от тебя, говоря что-то о психах, под завязку забитый патриотизмом в чистом виде, а ты поднимаешь с пола свой глаз, заботливо оттряхиваешь от грязи, собравшейся на беспризорных улицах, и досадливо смотришь вслед парнише тем, что осталось.

Да, военный движок уже крепко сидит под капотом марвеловских экранизаций, ибо, как оказывается, всё начиналось очень давно. Однако, теперь порохом запахло ещё сильней. Порох тот, выдаваемый за вдохновение, сыплющийся из пороховниц Джонстона, ещё, в принципе не отсыревший, входит в голову подобно опиуму сатирического Звёздного Десанта, а от фейерверка, что он устраивает внутри, слезятся глаза. Хотите знать больше? — когда мягкий рейтинг незаметно подрагивает от внезапно появляющихся дырок на теле жертв, возникает небольшое раздвоение личности, и окрылённая пошлость нарекается простым «фондю». Фондю от того, что семантика карикатурности шоубиза — возможно самое карикатурное и почти единственное «не к месту», употреблённое очень даже к месту в марвеловских экранизациях.

Разделимся на два с лишним фронта. Марвел, DC, и кто-нибудь ещё. Марвеловские ребята — сплошь непонятные люди, чья сила чаще всего связана с внешним уродством (воспринимайте это, как «не такие, как все», ведь даже Джину Грей называли уродом). Когда как герои DC — это всё же больше уродство внутреннее, более близкое к «кому-то ещё». А Капитан Америка не урод ни душой, ни телом. Отсюда следуют и некоторые прогибы.

Взятого поросёнка кормят на убой, колят на убой, целуют на убой, да ещё и дают «раз двести Гитлера вырубить». Он превращается в огромного ужравшегося кабана. Он взращён на идеалах пропаганды, он цитирует старые военные фильмы и никак не может напиться, хотя всего-то нужно было увеличить подачу топлива в четыре раза. А, ведь, когда-то он напоминал многих из нас. Даже смелей — он напоминал меня самого, за исключением того, что в армию стремился всей душой. Мечты сбываются, и в радости мелких сошек Марвела, ехидно листающих эксклюзивные выпуски в кино-заставках, Капитан идёт к успеху, завоёвывая мир в разных слоях — вселенных.

Джонстон не показывает себя патриотом, даже более — националистом, и вовсе не движим какой-нибудь подобной идеей, вылепляя из Капитана Америки не безликого бравого солдата, дающего в усы художнику (кем он и предполагался в задумке Джо Саймона), и улыбающегося в камеру белоснежной 32-битной улыбкой (образы, масштабом сравнимые с Кинг Конгом и Годзиллой), но очередного Человека-Паука, безжизненно висевшего в сетке идейного распятия бюджета. Оно и видно. Что? [спрошу, если кто-то понятливо кивнёт] Отсюда и самый яркий эпизод, где новоиспечённая надежда страны не спасает страну от опасности, а снимается в рекламе, пусть это и преподносится хитрыми политическими акулами, как завлекаловка народа в солдатские ряды. Если Америка настолько слаба, что без пинка белоснежным оскалом не встанет и с дивана, когда как изголодавшиеся советские сироты, рвали фашистам глотки своим небелоснежным оскалом, то и обоюдная пародия не вызовет у них ни смешка, ни негодования в сторону прописки по паспорту.

Карикатура вылепляется не прямыми руками, которыми и зубы-то не почистить, а монашескими заговорами, наблюдая, как бесформенное месиво остроумности расползается, как кровь инопланетянина от огня из Нечто. В меру слезливое кино разбивается острыми осколками почти классического звучания духового оркестра, под палочкой Сильвестри. Разбивается, не как фонтаны разноцветными красивыми брызгами, но как два внезапно оттолкнувшихся стеклянных шарика разных диаметров. Здесь пленники возвращались не из самоубийственной авантюры, а будто бы дети из американского детского лагеря, вдоволь наиздевавшись над вредными вожатыми.

«Когда-нибудь палка окажется у меня» — говорит не военнопленный своему захватчику, а создатель критику, нагло смотря ему в комментарий своим напыщенно серьёзным попкорновым блокбастером. Это шутка над самим летом, когда очередной клоун выходит на сцену и начинает вдохновенно зачитывать какие-нибудь строчки Владимира Владимировича. Где-то некий Пилигрим отращивает мышцы на нердовском теле и отбрасывает в сторону бас-гитару под радость дедов, в глазах которых «Пашка бросил заниматься ерундой и взялся за дело! » В вышедших из утробы Бруклина улыбках мягко и игриво, но совсем безосновательно, видится Красавица и Чудовище, а агент Смит вновь рассказывает мистеру Андерсону о том, что такое человек, и почему его надо истреблять.

Здесь и сейчас вера в народ. Пойдёшь за толпой — и никто не будет виноват. Хочется выйти на улицу, когда стране нужны новые герои (Вин Дизель уже не катит на нового), хоть выдёргивай из толпы-реки парнишу, плывущего в труманской пост-модернистской тоске, беспробудно утонувшего в наушниках своего плеера, и так прям и спросить: «А ты готов бороться за снижение ставки по ипотечному кредиту? ! » и требовательно пучить на него свои глаза…


+3Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Гарри Поттер и Дары смерти: Часть 2 (2011.08.17)

Мальчик Гарри был необычным ребёнком. Ещё при рождении к нему явился некий волхв по имени Крис и начал говорить о фонарях и молниях. Принёс в дар великую мудрость, благословил семейство Поттеров и незримо наставлял первые два его года обучения. Там, по мудрым путям Кевина МакКалистера, Гарри высекал искры детского обаяния, символизируя универсальность детства. Естественно, каждый человек когда-то был маленьким и, в душе, не таким, как все. Каждый из нас когда-то выжил. Волшебство детей спит не внутри сознания, а всегда витает вокруг, преобразует мир. Гарри узнаёт о дружбе, находит врагов, а стая учителей предстаёт пред глазами высшим социальным слоем небольшого школьного мира. Нехитрая история выходит новыми Приключениям Оливера Твиста.

И пока Гарри познаёт «настоящий мир», в параллельной вселенной его фигура становится мировой. Знал бы он, что существует такая нескромная субкультура, как поттероманы, расхаживающие в странных для маглов одеждах и выкрикивающие «Дефендо! » или «Остолбеней! », или ещё что пострашнее. Эпохи экранизаций Гарри Поттера можно смело ассоциировать с эпохами поклонения самому Поттеру, его друзьям и врагам.

Но Гарри не вечно быть маленьким нескладным очкариком, ведь судьба его является судьбой всего его мира. Там, ненадолго окунувшись в нору некоего Альфонса, Гарри претерпел самые удивительные преображения себя и собственного мировосприятия. Глазами Альфонсо он узрел грубые черты ветра перемен, познал свои последние не напрягающие месяцы, окунувшись ненадолго в мрачный Лабиринт Фавна. Хоть и всё равно остались диккенсовские морали и истинно-английское повествование, новая фантазия придавала миру Гарри Поттера нотки мрачного мексико-испанского мистического фэнтези.

Там, в параллельном мире люди кричали всё чаще. Они не знали, как поведёт себя мать Гарри Поттера, какую судьбу устроит своему чаду, но одно становилось понятно — вся эта сказочно-розовая вата со временем сгнивает, оголяя кости сюжета и заставляя Гарри взрослеть. Мальчик, который выжил. Когда-нибудь смерть настигнет всех нас, накинув свой чёрный рваный балахон, поцеловав и отведя нас, не факт что, в лучшее место. Защищая свой мир ярким свечением своих самых лучших воспоминаний, мы уже готовимся к погружению в мрачную философию Фавна. Узник Азкабана нас лишь подготавливает к неизбежным изменам в сердце и состоянии души.

Пришло время, и Гарри встретил новых людей. За спиной были несбывшиеся спилберговские надежды и гиллиамовские идеалы. Под ручку с Майком он узнаёт о первой любви. В его глазах открылась магия человечности, романтизация всех мыслей. Период полового созревания не обошёлся без пошлых шуток, в принципе не нужных чужому взгляду, но таких желанных для самого молодого девственника Гарри, ведь, он — такой же необычный подросток, как и мы. Глобализация контента приводит к соприкосновению миров, почти фрейдовским мотивам, и потускнению британской составляющей. Кто-то видит в новом наставнике Гарри Майке первого врага среди всех, а кто-то — лишь проходную ступень в истории становления. Ведь Майк принижает мир ребёнка, выветривает магию, оставляя на плечах голую романтику в параллель к драме. Враг ребёнка ещё и потому, что первый, кто показал ему, что такое смерть.

Над Ньюэллом сгустились тучи, ведь выжал он из новой сказки не всё, что мог, а всё, что хотел, незаметно опошлив самые личные мотивы. Люди наблюдали за Поттером, каждый накинув по собственной мантии-невидимке, и боялись подать и звука, хотя очень хотели, ведь всё происходило как-то неправильно. Первый британец на посту режиссёра, и первая совершенно не британская серия. Там, по внутреннюю сторону мантии, волны неизбежно утихали, и лишь самые храбрые сёрферы скользили по редким (в глобальных масштабах) волнам, подогревая мировой интерес. В эпоху первой смерти поттеромании пропали медвежатники с дубовыми ветками и шёпотом «Алохомора! » Но разогреву этой волны пришло ещё большее зло. Последний британец в главе проекта казался злом, сравнимым с тем-чьё-имя-нельзя-называть. А поттерское «зло» такое же чёткое и одновременно призрачное, а временами и вообще невидимое, как и в наиглобальнейших «Звёздных войнах» и «Властелине Колец».

Переместившись вновь в родные стены британской школы волшебства и магии (хотя мало кто действительно знает между последними двумя словами разницу), отстояв исключительность собственного мира в рамках себя и в рамках собственного окружения, Гарри принимает на свои плечи новую птицу, которая не пела раньше ярко, которую не слушали миллионы людей — это её первая громкая песнь. Гарри обнаруживает закоулки старых комнат намного более мрачными. Мрачнее даже, чем во времена Тайной Комнаты, загробным шипением завлекающей к себе в пасть. Тема Хэдвиги почти уже осела на пол пеплом былой эпохи, сжавшись под тяжестью обновлений, и пришла пора нечто оригинального, того, что ещё не случалось в его истории. Воспоминания теперь и навеки смыкаются свои слюнявые челюсть на шее вытянувшегося очкарика со шрамом на лбу. Здесь и навсегда наставления Дэвида будут восприниматься с крайней степенью двусмысленности, одновременно уничтожая и созидая, подготавливая Гарри к яркой концовке.

Здесь и навсегда укрепляется в новом жанре Дэвид Йетс, которому хотели надавать по ушам миллионы людей самого разного возраста, а всё потому что, кажется, Кловз не диктовал более сценарные листы британцам. Здесь проявились первые истинные намерения настоящей матери Поттера, превратившей добрую сказку лишь в пролог настоящей истории. Именно — пролог выглядел гораздо более прекрасным, чем сам роман. Британия, как остров, перестала гнуться под негодованиями религиозных сословий, а неуверенные шажки нового «папика» напоминали нервные потуги и тягу к артхаузному графоманству. Дети росли специально для того, чтобы подрасти. Их словно кормили на убой, безжалостно отводили на бойню и заботливо ослабляли хватку ошейника. От цитирования и вдохновения Джоан перешла на личное жонглирование литературными штампами, словно опешивший потерпевший составляет фоторобот преступника из частей разных людей.

Солнце более не восходит во вселенной волшебства и магии, истинная палитра отдаёт предпочтение мрачно-синему и ядовито-зелёному цвету. Там оператор устраивает пьяную пляску персонажей и панорам, открывает взору пейзажи кровавых сражений, и натюрморты, составленные из частей человеческих стремлений. Гарри больше не стоит на месте. Он бежит. Бежит вперёд, сквозь деревья анимации, льющиеся с потолка галеоны и магические перевороты. Вступает в сражение с собственной нравственностью. Представление библейской жертвенности вновь отбрасывает его к волхвам и истокам самой жанровости, ярлычков и бирок на пальцах онемевших ног. Отражая заклинание за заклинанием он движется на пути к возвращению к истокам собственного рождения, вся его жизнь сыпалась на него осколками разбитого барьера над хогвардским небом, приобщая личные и точные парафразы и цитаты к религиозным исходникам, сюжетным клондайкам и клоакам мироздания. В сражении с выдуманными врагами, покрытое миазмами непонимания или обожания тело падает на жёсткий мощёный пол и выдыхает последние свои щетинистые слова перед финальными титрами…

Мальчик Гарри был необычным ребёнком…


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (4)

Исчезновение на 7-ой улице (2011.04.05)

Тьма существует там, где нет света. Праведники до белых костяшек сжимают кресты и молятся, оставаясь в круге свечей. Теней нет! Теней нет! теней нет… Тьма существует там, где она есть. Руки рано или поздно устают, а сжатые до белых костяшек — ещё и болят. Я живу! Я живу! я… живу?

Тонны мистики сгущаются в тёмные области и рвутся сквозь границы света. Их не видно. Но они стараются обратить на себя внимание. Ты их слышишь. Ты чувствуешь их дыхание на своём плече, а по шее пробегает ледяной холодок, когда на тебе оказываются их пальцы. За нами следуют тени — эти мрачные духи времени.

Закрой глаза, сосчитай до десяти, если позволяет терпение, и получше вглядись в свою тень. Нет — в твоей тени вовсе нет скверны. Порой кажется, что режиссёр вовсе вырезал твою тень из кадра, оставляя безобразные ошмётки на полу. По телевизору сказали, что нужно стремиться к свету, доверять своему спасению, но самое важное — доверять тому свету, что сжимаешь в своих руках. Так сказал человек из телевизора, вовсе не похожий на священника. Есть ещё одно напутствие — доверяй своей тени. Чужая тьма пожрёт тебя, но твоя личная тень никогда не прикоснётся к тебе. Как покемон к своему захватчику.

Ты всё ещё слышишь голоса? Я давно перестал их воспринимать. А тебе когда-нибудь было интересно, слышат ли глухие шизофреники голоса? И существуют ли глухие шизофреники, если на самом деле они не слышат голосов? Попробуй представить их.

Но не в коем случае не исчезай, ступая по Седьмой Улице. Какое всё-таки красивое название! Одно лишь название уже пробуждает фантазию, и сценаристу, кажется, остаётся меньше трудов, чтобы впечатлить зрителя. Вот только сценарист этот вовсе ещё не писал сценариев в жанре мистики. Быть может, была у него парочка выпускных работ в этом жанре, но ещё ни одна точно не доходила до снятия фильма. Возможно, заслуженно. Ведь в том, что Исчезало на 7-ой Улице на протяжении полутора часов тяжело назвать фильмом. Здесь есть шикарная идея, подобная которой когда-то превратилась в треш «Темнота наступает». Но дальше идеи фильм не уходит. Первые минуты фильма снимаются вдохновлено. Тьма одетых манекенов, в то время, как от живых людей остались одни одежды — кажется просто верхом аллегоризма. Но фильм, оказывается не об этом, и охранник смиренно исчезает. Андерсену приходится выжимать из сценария атмосферу, как из камня воду. Тени героев — еле приметные даже в самый ясный день, когда как самые яркие тени не принадлежат никому. Тьма, крадётся контурами рук по освещенным стенам, как яд по венам. Саспенс, как таковой, присутствует лишь в названии. Во всём остальном страх нагоняется лишь резкими движениями, вдохновлёнными японскими ужастиками.

Нечестный приём — «я не знаю почему, но всё именно так, как есть…» Действительно, обычные люди не имеют права знать, почему всё так? Почему в один прекрасный момент тьма наступила, и все неосвещённые люди предались забвению, встав на странницы «Лангольеров» Стивена Кинга. Люди — это тоже отдельный разговор. Снятое на малые деньги кино отдаёт брезгливым минимализмом. Таким, с которым можно презирать высокобюджетное кино и тусоваться в компании артхаусных карликов. Всего четыре персоны помещены в четырёх стенах, но по сценарию нет психологии и взаимодействия героев. Каждый из них — это крайняя степень спящего эгоизма, который взрывается огнём разноцветных теней, как только то, чего они желают, имеет возможность осуществиться. Их эгоизм ведёт к предсказуемо к гибели с самыми важными словами на устах. Каждого из них хочется возненавидеть, и будет испытываться дикое желание надавать абсолютно каждому по щам. Кажется, актёрские работы — самое сильное, после самой идеи, что было в фильме.

«- Я попал в рай?
- Лучше — ты попал в бар…»

Кино достаточно религиозное. Неважно, сколько света находится вокруг тебя. Персонажи выживают даже тогда, когда света нет. Но они перестают выживать, как только свет внутри них самих гаснет. «У меня есть свет» — сказала героиня Тенди Ньютон, когда её спросили о том, как она выжила без света, без фонарика. Пусть она потом и достала кучу этих игрушек, с которыми я в детстве от души забавлялся — фосфоресцирующие палочки, которые надо ломать, чтобы они загорелись тусклым светом (честно, не помню их названия). И разбросанные в конце яблоки, по которым ступают выжившие, словно Адам и Ева нового мира. Если это — не ирония, то вряд ли что-нибудь хорошее.

Исчезновение на 7-ой улице — тот самый больной, которого можно было бы спасти, если бы врач знал, чем он был болен. Но Андерсену сказали, чтобы он давил на антураж. Пациент умер, но перед смертью всё же испытал удовольствие. Потому что театр теней, что поглощал героев — он действительно был шикарным.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Запрещённый приём (2011.04.01)

Зажмурь глаза и приготовься к удару. Потому что удар будет одним из запрещённых. Нет, конечно, гораздо лучше было бы, если бы тебе удалось зажмурить промежность, или … ну, соски, что ли. Солнечное сплетение и ту часть тела между плечом и шеей. Но ты сидишь в кресле, и, скорей всего, на конце иглы будет капать кровь.

Потому что ты проваливаешься в кроличью нору, которой заведует не какой-нибудь кролик, или чайник, а почти что сам Фавн. Пролетая над гнездом кукушки, ты десантируешься с высоты без парашюта в окружении красавиц, можно сказать, босиком. А там есть всё. И самураи в масштабе 3:1, и зомби-фашисты, и роботы, позаимствованные из романа Азимова. Кто скажет, что противостояние шло по-честному и на равных, получит для своей коленки одну детскую лоботомию (всё-таки я это сказал!)

А теперь посмотри на Снайдера. Он похож на вестника модного апокалипсиса киноплёнки. Под его началом даже забегали зомби. Он тратит деньги на стиль и зелёнку, только лишь бы тебе не удалось проснуться. Пробудиться ото сна. Ведь, пока ты спишь, кто-то за тебя решает, как тебе жить и умирать. А ты и продолжаешь спать. Несильный удар между ног скорей всего не разбудит, пока наручники держат тебя у твоей постели. Видишь, да? Когда куколка бредит, она бредит о том, что погружается в вымышленный мир, пока все зачарованы её танцем. Но в том вымышленном мире, внутри бреда, вовсе не бродит Лео ДиКаприо и не просит «погрузиться ещё глубже». На самом деле всё на поверхности, и водитель автобуса мягко управляет тобой, укрывая от дождя и ветра своими белоснежными крыльями.

А если по-честному, и без всяких там приёмчиков, то что ты хочешь сказать о Снайдере? Да, согласен, он определённо переборщил. В фильме не было пафоса. Но откуда же это ощущение геройства, как если бы кто-то крикнул, встав, на встречу врагу: «Бегите! Я их задержу! »? Снайдер вовсе не думает о том, как бы правильно всё склеить. Он говорит: «Стоп! Здесь тоже надо как-нибудь выпендриться! » Как-нибудь соригинальничать. Слышишь же, как скрипят шестерёнки, а оператор в пьяном угаре пытается настроить фокус, чтобы показать фокус. Дерутся девчонки классно. А сама Куколка в школьной матроске с двумя косичками, катаной и пистолетами… это же просто мечта любого анимешника! Взгляни, как изящно она перерезает горло дракоше, пусть и странно, что совсем без крови. Снайдер пытался быть агрессивным. На магнитофоне, ещё с ленточными катушками, звучит музыка, под которую начнут балдеть лишь спустя пятьдесят лет. А огонь можно извлечь лишь из ох. рительно дорогой зажигалки. Девочке снится ох. рительно крутое оружие, о котором не слышали пока разработчики оружия, но обязательно его придумают через пару десятков лет.

А на середине реки обязательно скажи, что мы пересекли точку возврата. Ещё бы — как же можно вернуться, пока руки прикованы к кровати (ещё помнишь, ведь да?) И лети, уплывай, ведь Вавилон уже следует по пятам, чтобы вывести тебя из зала кинотеатра. Прикинь, сколько тебе будет стоить вновь вернуться к экрану из туалета. Вот именно поэтому сценарий кажется слегка натянутым — потому что камера вертится. А от болезненного удара льются звезды из глаз вместе с остатками сознания (если бы я сказал «разум», то, мне кажется, это бы звучало оскорбительно). Можно даже поставить ультиматум: либо Снайдер бездарность, либо он всё же обладает своим уникальным режиссёрским языком, и глазами кинематографа (это такая суперспособность, вроде приземления с огромной высоты без сломанного маникюра). Видишь, ведь, как разлетаются искры, когда танцует Куколка? Или не видишь? А вообще, можешь смело вести 13-летних детей в кино, ведь в фильм про то, как девушка видит бред про бордель и зомби фашистов — это, что любой американский ребёнок познаёт с пелёнок и воспринимает, как данное.

И всё же зажмурь глаза, а не то будет больно. Нет, конечно же фильм смотри — Снайдер не просто же так изнасиловал бедный зелёный фон, чтобы сказать, что фильм пустоват. Наоборот, в фильме есть изюминка, и та мораль, которую преподносит главная героиня, явно полная подстава, как и в «Посылке» от Келли. Девушка взывает к сражению, ибо всё оружие, что нам нужно, у нас есть всегда (но скалку и томик Пушкина всё же нужно покупать отдельно). Однако попробуй пробудиться от сна, слушая шикарные мелодии музыкального сопровождения, и несясь на всех порах в туалет после того, как закончатся титры. И не раскрывай глаза. Иначе всё будет не по-честному.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Хроники Нарнии: Покоритель зари (2010.12.13)

Лёгкими мазками кисточки я касаюсь полотна. Я увижу такую Нарнию, о которой никогда бы не подумал. Золотая, словно сокровища дракона. Голубая, словно сияющий над гладью моря горизонт. Чёрная, словно тайный кошмар сердца.

Принца Каспиана я буду ассоциировать с принцем Дастаном. Меч, который он держал, с мечом Арагорна. Храброго мышонка – с Давидом, а трусливого дракона – со львом, который шёл к Гудвину. Покорителя зари – с Чёрной Жемчужиной. А Лилианди - с Ивэйн.

Нарисую море таким, чтобы оно выливалось из рамы, чтобы корабль качался на волнах, а солнце обжигало влажную кожу. На передний план – любимых героев. На средний план – остров зла. На задний – всё остальное. И попаду вновь в Нарнию. Пусть я вырос, но не могу не думать об этой стране. Люди говорят: “У каждого своя Нарния” Каждый отправляется в свою мечту, открывая волшебный шкаф. Разглядит в нём свои прелести и недостатки. Ведь это так уныло, когда нет недостатков.

Ах, да – комментарии Юстаса буду сравнивать с шутливым переводом Дмитрия Пучкова. Так много в этом озлобленном мальчике цинизма, которым жонглировал Гоблин, прорубая себе путь к популярности.

Отложу работу в сторону, поставлю новое полотно – и увижу их серьёзные лица. Как кто-то мечтает стать похожим на кумира, а кто-то властвовать. Разгляжу прекрасные движения бровей и губ, и восхищусь красивыми образами. Открою невидимую дверь и спущу с потолка снег.

На обороте картины спрятаны шутки и сердца, детский смех и искренние взгляды персонажей. Всё, как в настоящей старой сказке – всё понятно на интуитивном уровне. Всё просто. Там – главные человеческие желания и известные способы борьбы со скверной в сердце. Покоритель зари – это как одно большое воспоминание.

Огромный змей на новом полотне разбивается в зелёный туман. Красивый фон и сбрасывающая шкуру тварь. А за шкурой улыбаются люди в очках – они создали страшное чудище и смастерили раму, из которой лилась настоящая вода.

Поставлю картины в один ряд. Прекрасные картины – каждая дополняют каждую. Везде есть своя идея и свои особенности. Везде есть знакомые образы и цитаты. Все, словно живые. Но картины … их не удаётся склеить в одну историю. Она кажется … неполной. Словно всего несколько серий одного большого сериала…


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Придурки 3-D (2010.12.02)

Это уже философия. Смысл жизни. Суть, так сказать. Ссуть против ветра они умеют, и в титрах гордо указывается, что все трюки исполняют профессионалы. Не повторяйте это сами, если только вы - не чудаки. А если чудаки, то можно смело вступать в единоборства с быками, бить друг друга в промежности, подкалывать и шутить. Шутить так, что смеяться будут все, даже жертвы шутки. Безумная команда Ноксвиля – это терминаторы, которые почти не чувствуют боли и питают друг к другу самые дружеские чувства. И ничто не разорвёт их дружбу: ни агрессия Бэма Марджеры, ни озлобленность Прэстона Леси, ни изобретательность Ноксвиля.

Не стоит думать, что ребята поддались на коммерцию, даже если это и так – ребята и без всяких 3D загребают нехилые деньги на своих экспромтах, и новый крутой формат можно по праву воспринять, как очередное «чудачество» бравой команды. Ребята уже изрядно потрепались не только от собственных шуток, но и от возраста. Лишний вес, запущенная борода, морщины – кажется, что спустя десять или двадцать лет новые серии Чудаков (если таковые будут) будут сопровождаться срочной реанимацией после каждого номера. А то! От того, что они вытворяют на экране, у многих уже сейчас может остановиться сердце. Правда, в оригинальном сериале это всё было более экстремально, а во второй полнометражке – ещё и очень жестоко. Но факт – молодому русскому поколению сидеть в кинозале было удобно и весело, ох уж этот суровый русский народ.

Впрочем, для тех, кто знаком основательно с серией чудачеств, кто ловит смех от дочерних шоу, будут заметны многие изменения. Марджера стареет – он уже почти не катался в кадре на скейтборде и стал более похож на рок-звезду, видать слишком тесно он тусуется с группой Him. Райан Дан всё больше боится боли. А в глаза Ноксвиля уже меньше огня, хотя всё ещё тлеет то молодёжное сумасшествие. Волосы он больше не поднимает вверх и кожаные куртки не носит. Одни лишь Стив-О и Понтиус возможно не растеряли того компрометирующего шарма, которым блистали с самого зарождения проекта. И всё-таки они молоды душой и всё ещё поднимают этим занятием настроение в первую очередь самим себе. Но уж точно не каждый захочет стать их партнёром и участвовать в их весельях, ибо травмоопасно.

И вполне логичны упрёки в их сторону от целомудренных личностей, что Чудаки – это шоу боли и мазохизма, где страдание и глумление над страдающими выступает как следствие. Но и оправдание легко подобрать данной вещи: “Был пьяным – не помню…” Ведь причиной такого эпатажного шоу, где в замедленной съёмке резиновый член пробивает насквозь стакан с молоком, было желание повеселиться и воплотить самые глупые и опасные идеи, которые рождаются в головах если не всех, то большинства. Простое ребячество, превратившееся в феномен. Чудаки/придурки/дебилы/кретины/долбоящеры – всем этим не оскорбить славных американских безумцев. Они сами так себя регулярно обзывают. И зарабатывают на этом деньги. При том, что подобное чудачество – это хорошая проверка друзей на вшивость. Ведь на словах всякая дружба крепка, а коллективное страдание отборной фигнёй – это сенсор истинной душевной и моральной близости людей. Есть ещё способы познать настоящего друга, но Чудаки – один из самых весёлых.


+5Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Впусти меня. Сага (2010.11.25)

Дрожащими руками узоры на снегу

Маленький мальчик воображает себя маньяком, способным навредить человеку. Надевает маску, берёт кухонный нож и пытается напугать самого себя. А в зеркале отражается отчаяние. Отчаяние от того, что он хочет видеть в себе лица своих врагов. Маленькая девочка уверенно ступает босыми ногами по пушистому снегу, забыв давно, что такое холод. Порой холод или тепло – это чувства гораздо более сильные, чем привязанность и одиночество…

С трепетом уважения и почтения Мэтт Ривз вырисовывает историю про вампира-ребёнка, на вид более милого и хрупкого, чем большинство людей. Таких ремейков и ждут всегда фанаты – если переснимать, то только так же, как и в оригинале. Чтобы ничего не было искажено – и так когда-то напоролся на стену непонимания обновлённый Омен. Словно люди сами не знают, чего хотят. И появляются фразы вроде «чересчур дотошно! » Автор «Монстро» обладает художественным чутьём, словно чувствует сам дух призрачного шведского фентези. Не отступает от буквы и словно хочет, чтобы зрители сами почувствовали себя виноватыми, потому что мольба народа дошла до его ушей.

И скорей всего главной ошибкой Ривза было слишком сильное чувство прекрасного – оригинал вылизывается до блеска. Появляется американский саспенс, и американская драматичность. Точка зрения поднимается, и хоть одинаковые дома, куртки и остальные атрибуты 80-ых в Нью Мехико очень даже похожи на то, что было в Стокгольме, аккуратные мазки кистью приподнимают зрителя. История более не похожа на мир, глазами детей. Там, где детский максимализм смотрел на оторванные руки и головы с пониманием, в Америке оборачивается страхом. Где шведы показывают свою смелость и фривольность, американцы предпочитают деликатно умолчать. И при этом новая картина не выглядит глянцевой. Это напоминает русскую мудрость о том, что «всё было хорошо, пока не выяснилось, что можно тут и тут подкрутить, а тут поменять».

Маленьких детей сделали более искренними. Губы Эбби теперь более часто дёргаются, пытаясь изогнуться в улыбке, а Оуэн более живой, чем шведский Оскар. Картина тянется к зрителю, но естественно найдутся умники, которые все достоинства картины обрушат в безличное и пустое «оригинал был лучше»…


+3Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Скайлайн (2010.11.17)

Заткните уши, задержите дыхание, закройте глаза или прикиньтесь фанатом Дома 2 — быть может, это спасёт вас от их яркого голубого свечения. К слову — это их главное оружие, ну ещё и масса. Для них мы, как и для матрицы, просто батарейки. Они злобны, летучи, похожи на зергов и одновременно на тех инопланетян из Крайзиса, а ещё они ловят своих жертв тентаклями. К слову, вот оно — самое популярное инопланетное вторжение последних лет.

Эпичность и пафосность происходящего за окнами дорогого пентхауза, не оставляет никаких шансов на серьёзное восприятие фильма. Это выглядит в лучшем случае, как пародия — она грамотно очерчивается деревянными актёрами, сюжетными изысками и совершенно героической концовкой-послесловием. Именно это чертовски помогло с удовольствием досидеть до конца сеанса.

Штраусы — ребята конкретные. Понатырили спецэффектов с прошлых проектов, набрали с улицы съёмочную группу и взяли актёров третьего сорта — в общем, экономили на всём, дабы показать лишь искристость сюжета. Да те же съёмки с февраля до марта продолжались лишь в доме режиссёра — вот насколько были решительны создатели. Спецэффекты сопровождаются сжигающим сетчатку глаза неистовым засвечением или смазастостью дрыгающейся камеры, а огромные массивные твари из-за бюджета не могут крушить здания — они в них только стукаются. И как то получается у молодых и амбициозных «новичков», идея превалирует над фабулой в целом и над формой в частности. «Не смотреть вверх» — совсем размытое и неточное описание действия. Более красиво бы звучало нечто религиозное и эпичное вроде «Не иди на свет». К слову старик из фильма как-то заметил, что захват людей напоминает Вознесение — и это было бы крайне остро и философски интересно, если бы сценаристы как-нибудь развили сие. Впрочем, тут интересно многое, но ничего не доведено до конца. К примеру, героические пилоты, что натравливали атомные бомбы на захватчиков появились в кадре неожиданно, и так же неожиданно под геройскую музыку закончили свою миссию. И тот пилот, который ловко уворачивался от врагов — вот ей богу, казалось, что это был Уилл Смит или Брюс Уиллис, настолько уж он круто геройствует! А ещё казалось, что он не ракету пустит во врага, а вот-вот сам выпрыгнет из кабины и с ножом бросится на главный корабль захватчиков.

Пародия — это даже типажи героев. Бесполезная блондинка, нигер со стволом, главгерой — тонкая творческая натура, кто-то обязательно должен быть беременным, и если это не главгерой, то, должно быть, его самка. Это всё и не должно вызывать какие-то чистые и светлые чувства — даже если и задумывалось нечто серьёзное, то нечаянно получилась слегка попсовая пародия. Даже то сравнение вроде «Войны Миров в четырёх стенах» звучит теперь ясно и однобоко — сатира, шутка. Три акта, именованные днями, зашкаливающая пафосом концовка и необычное послесловие в духе старомодных фантастик от игровых индустрий, всё суть скомкано и неловко, и даже если это не есть правда, мне хочется видеть в этом пародию. Так хотя бы фильм приобретает ценность.


+3Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Налётчики (2010.11.05)

Сначала казалось, что именно русское название портит картину. Так и подмывало пошутить про мужской стриптиз. Но вот в том-то и дело, что, как ни странно, русское название добавляло колориту каким-то совершенно безличным «Takers»

«Мы – налётчики!» - говорил Идрис Эльба. А весь кинозал с гордостью подхватывал «Мальчики-налётчики!». Вот, что значит, эффектный выбор.

На самом деле ничто, абсолютно ничто не спасает картину. Это действительно все видели давно, много и глубоко. Фильм об ограблении должны были спасать именно мелочи и нюансы. Ну, там, тюремная романтика, любовные метания, братские чувства. Должен ярко выделяться главный герой и всё такое, чтобы было по канонам. А мальчики-налётчики одновременно пытались следовать канонам и убежать от них подальше. А ведь только Чак Норрис может убегать настолько быстро, чтобы пинать самого себя в задницу.

Вот и получилось, что набрали парочку нужных актёров, чтобы фильм сравнивали с более выигрышными «Лузерами», добавили классной музычки и пару удачных сценарных заготовок. Взболтать, но не смешивать – иначе получается то, что получилось. Комочки, выделяющиеся из основной массы ни к селу, ни к городу. Крис Браун, показавший классный паркур смотрелся бы классно именно в фильме про паркур (13-ый район, например). Уокер бы смотрелся классно, если бы получил пулю при самоотверженной импровизации, а Эльба был бы ну просто идеален, если бы не ходил в раскоряку. Больше впечатления произвёл, как ни странно, Диллон, как и образом, так и игрой – тут просто не повезло парню со сценаристами.

На самом деле у фильма была душа. В задумке. Тут есть сакраментальные «бегите, братцы – я их задержу! » и лишние обручальные кольца. Вот только создатели свели всё к куче большого и дымящегося ничего. Казалось, что главгерой так и не появился в фильме, а все играли второстепенные роли. Можно было даже начать с того, что давно уже так феерично не сливали концовку. А Зои Салдана стоит больше, чем пять минут экранного времени, даже если и без синей кожи. Обидно за мальчиков, которые снимали


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Копы в глубоком запасе (2010.10.20)

Учитывая то, что исполнительным продюсером является сам Феррелл, а режиссёром - МакКэй, плюс обратить внимание на сценариста «Затерянного мира», можно в очередной раз сказать, что одна из самых неоправданно востребованных звёзд Голливуда Уилл выкакала очередной бенефис своих комедийных миниатюр длиной в полный метр, и приставить картину «the Others Guys» в один ряд к «Затерянному миру», «Рики Бобби» и т. д.

И со смелостью можно не обращать внимания ни на морщинистого Китона, ни на сексуальную Мендез, ни на брутального и одинокого Уолберга, ни на слащавого Кугэна. Уилл здесь и герой-любовник, и когда надо – очень громкий и догадливый детектив. А когда нужен плохой коп, он становится просто ну оооочень плохим. В прочем, не хочется сразу называть это плохой очередной картиной комедийной звезды. Здесь есть роковой дуэт альфа-самцов реслера Скалы, и настоящей звезды Самюэля Л. Джексона, и тот небольшой период в самом начале, когда работали эти двое, как бы заставляет ностальгично вспомнить начало «Трёх Иксов», когда на концерте умер парень, очень сильно смахивающий своим стилем на Джеймса Бонда. Тогда это был великолепный символ нового поколения, когда классические методы не помогают, и миру понадобился свежий герой без паутины в трудовой книжке. Здесь же, в таком случае, символ превратили в фарс, отправив в отставку именно брутальных героев нового поколения. И снова городу нужны новые герои.

В чём-то даже фильм выигрывает. Как и обычно, абсурдная комедия, наполненная традиционным юмором «как раз некстати», в стиле замечания, какие мягкие волосы у Кугэна, даёт чёткое представление об не слишком выдающихся качествах Феррела, как актёра, но вполне себе хитрожопых идеях. Допустим чернокожий коп с характерной причёской афро (вот просто наверняка!) мозолил глаза каждому зрителю воспоминаниями «Криминального чтива» и соответственно на Самюэля Л. Джексона, игравшего в «The Other Guys» эффектное камео, а ведь, у этого персонажа даже имени не было. Он был простой массовкой!

Однако фильм обладает какой-то двусторонней атмосферой. Его просто невозможно смотреть, ибо чередование второсортных шуток с убийственными по юмору сценами чередуется, словно тест на эпилепсию. Такое же дело обстоит с саундом. А количество звёзд на сантиметр экрана вовсе не оправдывает своих ста лимонов бюджета. Они определённо радуют глаз, особенно Китон, которому на лицо словно клей «Момент» намазали. Но вот не похож этот фильм на скопище звёзд.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Признания опасного человека (2010.09.29)

Опасен разум не убийцы, что ранит кинжалом, скрываясь в плаще. И не шоумена, уничтожающего интеллектуальность в населении. Но человека, что способен заставить слушателя задуматься.

И в этом можно убедиться, услышав последнюю фразу Чака Бэрриса, произнесённую в фильме.

Здесь сложно что-либо сказать о правде и вымысле. Почти, если не полностью, невозможно доказать, что Чак не работал на сранное СРУ … т. е ЦРУ, и так же невозможно доказать, что он на неё работал. Пока само ЦРУ не прокомментирует это. И остаётся лишь запуганной толпе, прочитавшей нашумевшую в Америки автобиографическую книгу Бэрриса, считать автора психом. Ну, или, по крайней мере, страдающим расстройствами памяти. Ведь знакомые так и говорили, что он порой пропадал на неделю или больше, и никто не знал, где всё это время он находился. Быть может он уходил куда-нибудь в трущобы и впадал в забытье, фантазируя во сне свою вторую жизнь, либо действительно разъезжал по Мексикам, Восточным Германиям и естественно СССР, где обитали неугодные демократической Америке люди.

Визуализация сомнения — это то, что Кауфман умеет создавать даже без помощи экрана и плёнки, без помощи режиссёров и операторов. С помощью одних только слов на бумаге, под звук щелкающих рычагов пишущей машинки. При помощи мягкого жадного сознания зрителя/читателя/слушателя. Тихий шёпот сомнения в белом шуме реальности.

Но при этом скромный режиссерский дебют Клуни, под аккомпанемент хитрого Кауфмана оказался совсем не предсказуемым, относительно мнения большинства. С позиции творцов, они вовсе не высмеивали и даже не пытались подвергнуть сомнению правдоподобность подвигов Бэрриса. Для них Бэррис оказался тем самым опасным разумом, в который хочется просто вежливо залезть и покопаться. Посчитать сюжет не криминальным шпионским боевиком, и не неуклюжей трагикомедией о свихнувшейся звезде, а психологическим анализом, возможно даже откровенным посвящением его смелости.

И не важно, что ровная история обманывает своей поверхностной нудностью, скрывая в глубине острую сатиру на общество и верный принцип сдвига по фазе. Здесь забавен тот факт, что жизнь наёмного убийцы на службе у правительства кажется ещё более серой и скучной, чем жизнь мировой задницы, убивающей сознание зрителей. И в какой-то момент своей безысходностью киллерский промысел обращается наркотической зависимостью, когда вновь отвергнутый каналом NBC Бэррис встречает в туалете своего вербовщика Бёрда и говорит, что ему просто нужно «встряхнуться».

И финальную точку в аккордах пародии ставит femme fatale, нестареющая Джулия Робертс, Патриция, девушка с животной манерой поцелуев, и криминальный мир двойных агентов собирается в единую картину гениально наигранных штампов, принимающих роковой, совершенно не смешной финал.

Но «Исповедь Опасного Разума» нельзя назвать комедией, хоть и бывает смешно. И нельзя назвать драмой, хоть и бывает очень грустно. Возможно именно в этом один из немногочисленных туманных минусов картины. У неё нет жанра. Ведь не может комедия смотреться так уныло? А драма так ровно и без слезодавительных мелодий. И боевик не может быть таким медленным. И детектив таким простым.

Если только жанром нельзя назвать безгрешно построенный стиль. На одной ноте пожирающих друг друга видений, рушащихся в сути повествования приключений, маленький мёртвый человек, Чак «Клубничный Член» Бэррис, ведёт десятки шоу, уничтожающих разумы людей. Оставляющий на диванах сотни зомби, зависящих от идеи Чака запечатлеть реальную жизнь на камеру. Слабая, глупая толпа, что жаждет зрелищ. Потенциальное мясо. Потенциальные мёртвые люди. Мёртвое телевидение. Маленький убийца Бэррис.

Под кожей находится мясо. Мышцы, кости. В темноте, при кажущейся пустоте, обязательно есть угол стола, об который стучишься с завидной частотой, с завидной частотой матерясь одними и теми же словами. В маленькой комнате находится один только проектор. Совершенно безобидный, пока он не работает. И стены открываются, предоставляя не вход в новый мир, но путешествие через пространство. В совершенно такой же серый мир, с выстроенной стильно игрой актёров, с хитрым создателем и мудрым творцом.

К сожалению, именно в голове происходит всё самое интересное. Это не аксиома, но так легче жить пугливым, обычным серым людям. Той массе, что можно легко убить, совершенно без мотива, совершенно тихо и без свидетелей. Создав ли шоу, и удивляясь тому, как люди стараются опозориться на телевидении, или читая некролог в газете. Всё останется, как есть. И опасностью может страдать даже самый невидимый из всех человек. Или самый добрый. Или самый милый. Или самый тихий.

Создатели так и не скажут, победил ли Чак свои видения, или систему, в которой главгерой должен умереть. Но Рокуэллу достаточно того, что он был великолепен. А Клуни достаточно того, что он контролировал «Опасного человека». Бэррису достаточно того, что фильм получил признание. А Кауфману всё мало…


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Святые из бундока 2: День всех святых (2010.09.29)

Играя в веру.

В награду за жизнь. Вечную жизнь…

Представьте, что держите в руке револьвер. Что направляете его на брата МакМануса. На любого. В лоб. И при этом чувствуете смертельный холод такого же револьвера, что смотрит на ваши мозги. Сквозь кость. По одной пуле в каждом барабане. Виновны ли братья? Если да, то ваш револьвер не выстрелит. Если нет — то не выстрелит их. Раунд номер два. Виновны?

Взглянуть снова на то, как десница Господня лежит на плечах двух безумных ирландцев. Как пули обходят стороной, и как снова безрассудством глаголет слепой глас народа. Слепое, немое, глухое возмездие, в чьём кармане звенят монеты. Искалеченная вера.

Представьте, что возвращение — не возвращение вовсе, но Второе Пришествие. Сумасшедший фильм пародирующий сам себя, по-фанатски трепетно отнёсшийся к своей же истории. Трой Даффи, что не хотел продолжения, но не смог отказаться от духа ирландского рока. Принесший в известный бренд модифицированные идеи. Принесший стёб, вышедший на более высокий уровень. Принесший паясничество и театральность. Принесший шутки о голубых. Принесший поверхностный детектив.

Но оставивший братскую любовь. Оставивший безумную динамику мистической неуязвимости. Оставивший непобедимость ведающих оракулов. С молитвами. С крестами. С максимализированными символами и с минимальной объёмностью.

Не было лишь одного. Божественного послания. Тех небольших капель абсурдности, которые загорелись в глазах братьев, когда ещё никому не известные они решили уничтожать зло.

Великого уважения и доброй памяти Делла Рокко. Парня, что встал на путь братьев и погиб за их дело в самом начале их пути. Именно он оказался запоздавшим гласом божьим второго пришествия. Где-то перед финалом, где-то в затишье перед бурей. Именно его сцена, пресыщенная пафоса и идеально подобранной мелодии, напоминающей рекламу, агитирующую отказ от наркотиков в исполнении народной звезды, знаменовала переход фильма из колонки «сочинение по мотивам» в колонку «продолжение». Именно благодаря этой небольшой забористой сцене День Всех Святых оказался более чем достойным продолжением самого лучшего религиозного боевика новых лет.

Тишина и покой. Все на своих местах и опавшие крылья ангела режут глаза. Искусство созидания и красота разрушений. Но пока игра продолжается. День Святого Патрика будет отмечаться. Память бессмертна. Бессмертны и персонажи. И актёры, что не побрезговали вернуться в проект все до одного. Я повторяю — все до одного. Перед титрами вы всё поймёте. Даже поверив в одни похороны сразу на поколение.

И я говорю не о братьях. Как и следовало ожидать, исход более чем предсказуем. Исход божественен в свое приземистости и ироничности.

Братья бессмертны. Бессмертней, чем память об их взгляде, об их шутках. Бессмертней любой игры. Актёрской, русской рулетки, азартной. И пока тюрьмы полны истинными преступниками, пока осуждённые будут уходить безнаказанными… кто-то будет их убивать. Напоминая о безликости толпы разъярённой. И кто-то будет закрывать глаза на это. А у народа будут спрашивать, ирландские ли это святые? .


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Братья Гримм (2010.09.29)

При всей своей лёгкости и кажущейся незамутнённости, картина «Братья Гримм» всё же оказывается липким киселём, и чем-то схожа с реакцией от передозировки наркотиков.

И это всё в закоулках сознания одного из самых нестандартных среди популярных режиссёров современности. Скажем всего два слова: «Монти Пайтон». Больше к ним лучше не возвращаться.

Но в чём-то Терри Гиллиама можно и поблагодарить. Наверное, в бесстыдном стёбе над любимыми сказками. Гензель и Гретель так и не дошли до домика с пряничной крышей и сахарными окнами. Красная шапочка не донесла пирожки бабушке. Кто-то оторвал роскошную косу Рапунцель. Звучит почти как какой-нибудь молодёжный бунтарский эпос про школьника-двоечника, которому нужно отправиться в прошлое и уничтожить Пушкина, чтобы не учить в школе его стихотворения.

Но молодёжью здесь и не пахнет. Наоборот создатель, складывалось впечатление, пытался выжать из кадра любой намёк на время. Чтобы зритель лишние часы не думал о какой-либо достоверности и правдоподобности. Хотя тут, на стыке ссылок на Наполеона и бессмертной сказки, сами по себе всплывают в голове классические любимые словечки, вроде «самодур», «доложи» или «лукошко».

Но вот тут-то Терри и ловит зрителя, а точней наоборот ослабляет хватку и теряет бдительность. И здесь уже в принципе промах именитого режиссёра в выбранной теме. Воссозданный с карикатурным рвением мир слишком густ и вязок, чтобы можно было в него окунуться и вынырнуть. Персонажи живые, но царящая вокруг жестокость отпугивает, вызывает отторжение предложенной реальности, как клонированная почка. А нагромождение сюжета вовсе не срастается в целостную фигуру и так и остаётся кучей вещей, которые когда-то были ценными.

Жажда абсурда сыграла плохую шутку с Гиллиамом в его высокобюджетной работе. Гиллиам вообще любит немного побредить. Но раньше, то ли рамки были шире, то ли бред он держал под контролем. Но за кое-что всё-таки хочется обидеться. В сказке умирать должны лишь плохие персонажи. На смертях любых нейтральных персонажей никогда нельзя заострять внимание, а гибель хорошего человека должна происходить под ни на что не отвлекающиеся слёзы, траурную музыку и пафосные речи. Ведьма должна прожариться до хрустящей корочки в печке. Волку обязаны вспороть брюхо. Снежная королева должна растаять. Но, когда головы достают из корзин, когда мыши летят в мясорубку и расчленённые тела валяются в лесу … сказка умирает. Это понимал даже Тим Бёртон, главный сказочный дьявол кинематографа.

И среди всего этого театра бескровной жестокости, яркого паясничества и угловатой фентезийности, единственным глубоко позитивным плюсом оказался Петер Стормаре, мастер пыток Кавальди, эволюционировавший на протяжении всей ленты и затмивший даже заглавную парочку, претерпевающую бунт мечты против реальности. Казалось бы, жестокий, карикатурный, не несущий в себе особого смысла персонаж, но ради одного только него можно с интересом пересмотреть картину.

Но сказка действительно перерастает в абсурд. С плохой стороны. Терри своего добился. Разыграл продюсеров, раскрутил их на кругленькую сумму и переступил через непереступаемую черту. Хочется верить, что это был план прикрытия. Или шутка над самим собой. Или шутка над фанатами.


+0Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Страна приливов (2010.09.28)

Солнце встаёт в Стране Приливов. В месте, подвергающемся ежедневной атаке волн. Оставшаяся за гранью фантазии сказка. Всего лишь привидение, капитан и большая акула, что два раза в сутки обходит собственные владения и рычит на маленькую Джализу-Розу. Квартет небольших голов на пальцах и труп в кресле-качалке.

Пришедшие за милой сказкой будут разочарованы. Страна Приливов — это не предел мечтаний и даже не отчаянное одиночество наивного ребёнка. С одной стороны, Страна Приливов — это край света. Конец мира. Это — последние глухие вздохи лежащего на смертном одре мученика. Но с другой стороны, более прозаично считать эту Страну — местом смерти сказочности. Одной насыщенной депрессией сказочника.

Терри Гиллиам сказал, что Страна Приливов — это место встречи «Алисы в Стране Чудес» с «Психо», и, в таком случае, страх является оправданным. Отдыхая от монструозных «Братьев Гримм» режиссёр нашёл пристанище своему отчаянию в страницах книги о маленькой девочке, что за свою жизнь не встретила ни одного более-менее адекватного человека. Дохнущие от наркоты родители, умственно отсталая любовь и истерически настроенная женщина. Здесь уже он отвернулся от своей любимой забавы, чередуя волшебство с обманом. Здесь есть прописанная до точек и запятых драма, волшебство которой слишком боязливо напоминает эффект от рака мозга в сериале «Элай Стоун».

Мы просто сидим и наблюдаем, как голова куклы падает в нору белого кролика. Как Чёрная Королева отбирает у девочки радио, и как капитан подводной лодки приманивает патронами большую лязгающую акулу. В этом нет ничего сказочно прекрасного. Есть лишь скромный глоток небылицы, сквозь которую проходит странное ощущение скепсиса от нахождения в Зазеркалье. Мы всё глубже проваливаемся в нору, где вместо стен — шкафы и книжные полки. И когда за стол усаживают странно обработанное тело мёртвого человека, становится немного не по себе от того, что не видишь в этом ничего ненормального.

Становится ясно то, что было известно уже с самого начала. С того момента, как отец сказал в последний раз, что отправляется на каникулы, в Страну Приливов. Страна Приливов — это опасное место. Это — страшная вселенная на стыке наркотического взрослого бреда и детских невинных фантазий. Туда опасно попадать, потому что можно и не вернуться.

Я просто наклоняю голову. И вижу, как дом уходит под землю. Как бедняга Дикенс плывёт сквозь пожелтевшие прерии навстречу бескрайним полям в подводной маске. Как маленькая Джализа-Роза визжит под остовом опрокинутой ржавой машины. Как покачивается в кресле уже который день бледный Ной, так и не вернувшийся с каникул.

Терри изменил любимому стилю. Театр одного актёра буквально пришёл на смену театру мира. Об этом мире в первую очередь теперь повествует не камера, а маленькая девочка, что даже не подумала оплакивать ни одного из своих покойных родителей. Живущая словно в другом мире, под пытками карикатурности этого мира, маленькая Роза приведёт зрителя, словно голову своей любимой куклы, к месту, где громоподобно гремит реальность. Там строители, должно быть, достраивают мир, оттягивая край света от людей подальше. Где-то там, совсем недалеко, словно бум из другого мира, издаёт последние стоны большая акула. И момент фантазии пропадает, погружаясь во тьму мыслей, которые должны с минуты на минуту начаться…


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Посылка (2010.09.28)

Коробка пуста. Это — просто кнопка. Допустим, её можно никогда не закрывать. В ней можно хранить ценности, ведь она выглядит очень солидно. Или, её можно просто поставить на шкаф, как украшение. Жаль только, что кнопочку эту спустя день мы больше не увидим. Кнопка, кнопка…

Нажать ли тебя? В мире умрёт какой-то неизвестный. Я просто разверну утром газету, которую раскидывает по улицам мальчик-посыльный, пробегусь глазами по некрологу… может, одного из этих людей убил именно я. Но, ведь, как об этом узнать? Как доказать? Быть может, мистер Стюард ищет причину убить кого-нибудь, чтобы потом свалить всё на меня? Допустим, он скажет: «Это он нажал на кнопку! Он повинен в смерти убитого мной человека! » И меня посадят? Не думаю. Эта посылка пуста. Как он вообще может узнать о том, нажал ли я на кнопку?

Это была посылка всему миру. Небольшая коробочка, в которой под стеклянным куполом спрятана большая красная кнопка. В русском анекдоте как-то нажали на красную кнопку, и генералу только и оставалось, как американским гостям орать: «Да нет больше вашей Америки! » Каждый зритель задумался на несколько мгновений, «а я бы убил кого-то мне безразличного за деньги? » И вопреки ироничной мэтисоновской прозе, Ричард Келли нашёл в этом вопросе свой целый новый мир.

Опять смерть. Опять апокалипсис. Опять где-то на задворках вселенной сознания спрятался мыслящий разум. Как бог из игры «Sims», в которой нет никакого смысла. Как мысль, рождённая в мысли.

Возможно, это всего лишь синдром поиска глубинного смысла. Но есть что-то в этом великолепное. В нагромождении бесполезными деталями. В бессмысленной сложности, которую Келли просто обожает и строит самыми дешёвыми методами. В какой-то необычной простоте финала.

И есть нечто лиричное в фоне главной семейки фильма. По прошествии сюжетного времени, голову не покидали мысли, что семья Льюис была некоторым родом проекции мира, единственной правильной реальности. Столкновение сентиментализма и реализма, которым являлись жена и муж. И планы будущего в лице сынишки. И загадочная фигура бога — мистера Стюарда. Быть может, небольшая красная кнопка в вольной интерпретации является яблоком раздора. И, конечно же, в таком случае гадким змием-искусителем был кризис и недостаток финансов.

Из миксера стал выделяться умелый саспенс, как неожиданный побочный эффект, именно в лице которого и становится понятно, что Келли взрослеет и всё же совершенствуется. Ведь, если странные символы Донни Дарко являлись чем-то неподвластным пониманию, то основные неразборчивые акценты Посылки кажутся уже расставленными грамотно умными бессмысленностями.

Просто главным уже становится не сама философия. Важно принять правила игры Ричарда Келли. Без покорения его творчество, к сожалению, не воспринимается в большинстве своём. И так и останется слишком нудным и муторным «не знаю чем».

Становится страшно. Действительно страшно.

Когда люди безмолвно бредут за тобой по коридорам библиотеки. Когда инвалид чувствует к полулицему Стюарду безмерную любовь и благодарность. Когда зевнув в миллионный раз начинаешь считать, что твоя собственная жизнь гораздо интересней фильма на экране. Здесь что-то действительно не так.

И даже неожиданное раскрытие смысла кнопки и её формы, приведённое мистером Стюардом, простое, как обувная коробка, кажется неким всевышним пафосом, истерическим издевательством над зрителями. Потому что Келли любит, когда в его работах пытаются открыть новые грани самостоятельно. Келли любит, когда из хаоса пытаются создать порядок.

Келли снова показал смерть мира, апокалипсис света. Возможно, в этом и заключается его страсть. Он ищет в зрителях богов. Тех, кто может создать из его первозданного хаоса мир.

Нечто религиозное, протянутое под призмой понимания и нарочно скрытое под истиной. Нечто личное под тяжестью глобального.


+1Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Жизнь на Марсе (2010.09.28)

Дорогая кома, достучаться до тебя пытается из далёкого 2006-го года Сэм Тайлер. И представить сложно было, что он когда-нибудь доведёт себя до такого отчаяния…

Ведь он не виноват, что желает вернуться обратно. Бедный, бедный Сэмми. И ведь странно то, что он буквально попал в другой мир, но остался при своей личности. Он всё ещё легавый по имени Сэм Тайлер, хотя пониженный немного в звании. Переведённый из загадочного Гайда в Манчестер, детектив-инспектор.

Дорогая кома, знаешь ли ты, как ему тяжело? Каждую ночь он щёлкает каналы своего старого телевизора и крутит ручку радиоприёмника в поисках знаков. Ведь, с ним говорят с того света. Из реальной жизни. И когда они его покидают, он плачет.

Он же ни в чём не провинился. Но словно так и было когда-то другие тридцать три года назад. Когда прежний Тайлер попал в прошлое и создавал своё будущее. Видел себя ещё совсем маленького. Видел отца, который водил его на футбольные матчи. Видел маму. Пытался всем им помочь. И хуже всего было осознание того, что как бы он ничего не пытался изменить, оказывалось, что именно так всё и будет.

Как реальны были слёзы Тайлера в последней серии, и как похвально развивался юмор Джина Ханта на протяжении всей истории, начиная с простых оскорблений и заканчивая целыми черными предложениями.

Неповторимая атмосфера 70-ых, когда яростные фанаты МЮ и МС ещё похожи на людей, а сам Манчестер напоминает нечто среднее между городом и деревней. Ощущение, когда жизнь уже пришла в цивилизацию, но всё только начинается. Люди ещё не боятся копов, как очередных разбойников, хотя коррупция открыто процветает.

Бедный Сэм вернулся в своё детство, оставшись всё таким же взрослым. И, хоть новый начальник не даст ему заскучать, всё равно бедный Тайлер будет каждую ночь плакать перед включенным, но ничего не показывающим, телевизором. Одна лишь рябь, или уничтожающий гул, возвещающий о том, что канал закончил своё вещание.

Сэма посещают видения. С того света идут звонки, и дорогие люди просят, чтобы он не умирал. Чтобы он держался из последних сил. И он кричит в трубку, говорит, что всё ещё здесь, что его разум не умер. Как жаль, что связь односторонняя. Сэм превращается в невротика, что блещет гениальными современными идеями в прошлом. И к нему относятся, как к невротику, на которого можно положиться. Но, ведь, всего этого нет.

Ведь, на самом деле, должно быть, Сэм находится в полной власти сна подсознания. Разбросанный по психотипам, он являет собой лучик света в собственном тёмном королевстве, логику и необходимую хладнокровность в работе. Джин Хант — это его иррациональная противоположность, правое полушарие, его инстинкты, подсказывающие, что надо бить гниду под дых, а не тратить время на расследование. Сэм вступает в борьбу со своими комплексами и кошмарами, в которых он боится когда-либо превратиться в продажного копа, которого периодически видит в Ханте. Сэм — это какой-то грёбанный ангел с нимбом вокруг головы, который борется за правосудие и закон до последней капли крови. Когда-то он слышал, и до сих пор живёт с девизом «Охранять закон нельзя, нарушая его»

Ведь, весь мир выдуман. Зачем за него держаться, думает Тайлер. Возможно, если он убьёт себя во сне, то вернётся обратно в мир. И Фредди Крюгер бы крикнул: «Давай, Сэмми! Прыгай! » Но Крюгера нет.

Есть периодически вылезающая из старого телевизора девочка с чистыми волосами цвета солнца и в красном платьице, что держит в руках плюшевую игрушку. Его самый главный кошмар. Его дышащий в трубку незнакомец.

В отличие от американской версии, более холодный, более умный и высокий сериал. Подача по заветам старого доброго Хичкока, приносящего в мистику не загадку, но отчищенный саспенс. Саспенс от которого волосы встают дыбом. Ведь маленькая девочка из телевизора действительно пугает, а звонки телефонов добиваются своего.

И конечно же хочется задать вопрос, есть ли жизнь на Марсе? Ведь, когда-то ближе к концу, сказали, что если люди обычно чувствуют себя не в своей тарелке, то Тайлер похоже чувствует себя не на своей планете. Но здесь всё же первым делом для ответа, нужно задаться вопросом, что же такое есть Марс? А вдруг Сэм всегда был на Марсе, и наконец спустился на Землю? Или вдруг он выдумал своё будущее?

Ох, уж, Бедный Сэм…

Дорогая кома, он всё ещё кричит. И если тебе не сложно, то передай от него приветы его родным и близким. Ведь он думает, что скучает по ним…


+0Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Потрошители (2010.09.28)

Когда кто-то стучится в дверь, будьте уверены — это не потрошители. Когда вам вкалывают анестезию и проводят старательно операцию — это не потрошители. Когда над вашим обездвиженным телом с вживлённым новым органом дрожит солдат и бормочет о том, что вы — человек, и возможно у вас есть семья, дети, планы на будущее — это точно не потрошители. Простите, они из другого отдела.

Странный холодок пробегается по телу, когда потрошитель достаёт из своего чемоданчика набор «поиграй в хирурга». Когда он вонзает скальпель в тело, когда кровь окрашивает стены, а на его лице никаких чувств. Словно … он и не человека режет, а какую-то не способную мыслить и жить машину. Реми просто выполняет свою работу, в которой он — лучший. Быть лучшим — не зазорно.

Безусловно, этот фильм страдает жестокой философией. Джейк почти весь фильм втирает о законе, о том, что этот мир держится не на каком-нибудь хреновом волшебстве, а на жесткой дисциплине. Если обязан платить — плати. Если обязан убивать — убивай. Если задолжал — прими расправу достойно. Вполне возможно, что адаптация книги выглядит даже лучше самой книги. И если этот киберсдвиг отлично воспринимается на экране, то в печатном варианте он, возможно, выглядит так же захудало и пафосно, как и то, что печатал полуголый Реми в одиночестве в трущобах на старой доброй печатной машинке. Печатная машинка — один из множества слишком обычных и в то же время популярных символов, который можно встретить в этом отчаянном повторении давно измученных мотивов. С одной стороны это — яркая нестандартная пропаганда приобретшей уже ранг мифического смысла фразы «Заплати налоги — живи спокойно», основанная на методе кнута без пряника. С другой стороны это — как раз битва за сокрушение системы, порядка, который так старательно подготовлен алчными людьми.

Фрэнк улыбается немного звериными челюстями и мило-премило говорит о том, что в первую очередь надо думать о семье. Что даже не нужно раздумывать и брать кредит. Как приземленный Дьявол, его сладкие речи приторны и искусственны и сравнимы лишь с его каменным добродушным взглядом, который не меняется, вне зависимости от того, что происходит. В этом Шрайбера не уязвить — он просто мастер такой приторной игры.

И в мотивах фильма ясно можно узреть один стандартный для вторично-глубоких триллеров приём, в котором охотнику предлагается встать на место своей жертвы. Вот только здесь Гарсиа придаёт смысл несколько другой, сужая рамки посыла и предлагая зверю стать человеком, думать о бессовестных неплательщиках, как о самом себе. Это немного необычно, как-то неестественно. Здесь нет добра. Потому что и те, кто являются жертвами, по сути, воры, и те кто являются их палачами — убийцы. Суд вершится и приходится выбирать между большим злом и маленьким злом.

Но зло на зло — вовсе не даёт добро, как должно быть в идеальном мире. От того, что один убийца просто расхотел быть убийцей, но «судьба» буквально не позволила ему этого, нет драмы, какая в принципе должна быть. И поэтому противостояние зла оборачивается парадом разбрызганной по стенам крови и копающихся во внутренностях руках. Мотивы переливаются между экшеном и геройством, и нет никакого желания над чем-нибудь всплакнуть, кого-нибудь пожалеть, потому что все, по сути — мешки с картошкой, откуда из общего количества нужно собрать всю картошку с маркой компании. Конечно, Реми любил свою семью, своего друга Джейка, относился к работе — как просто к работе, но буквально во всём, можно сказать, он ошибался, как и в самом мироздании. Здесь всё суть ложь. Что искусственные органы, что бросившая Реми на больничной койке Кэрол, что ложные потуги выписать себя из системы. Реми садится за печатную машинку и изрекает единственную, как ему кажется, истину нового футуристического мира «Работа — это не просто работа. Это то, что ты есть. Меняться нужно начинать с работы. ».

Конечно же, погружаясь в картину, истина становится истиной нового мира, ложь — ложью, а мир прекращает своё существование ровно в тот момент, когда главгерой теряет сознание. Четыре раза. Мир воссоздаётся, а у Реми болит голова. С каждой новой потерей Реми приобретает для себя одну новую истину. Говорит о том, когда для него закончилась война, когда он приходил на дом к своему музыкальному кумиру. Везде мелькает некая недосказанность, которая ясно не является огрехом адаптации. Просто бедный Реми — не тот герой, который способен рассказать нам всю истину и в этом проблема самого мира.

Мелодия заглушает боль. Превращает депрессию в какой-то сгусток чёрного юмора. Фонтанирующей кровью, жесткую сатиру. Танец крови потрошителя ближе к финалу, люди в пиджаках, белые помещения и полуслепые охранники. Сапочник с воодушевлением пляшет на могилах философии, и кажущейся двусмысленности сцен, заигрываясь до полного нереагирования на какие-либо другие детали, которые проскальзывают то тут, то там. Некоторые эпизоды выглядят крайне нелогичными, но только потому, что создатель не видел в них важности. Для него важна была философия боли. Заставить морщиться зрителя. Правильно Джуд Лоу говорил в интервью, что бессмысленность насилия — огромная проблема. Порой к ужасным вещам тоже относятся, как к искусству.

Реми открывает глаза и вспоминает, что было, а чего не было. Возможно, мы все уже давно мертвы или увязли в матрице. Возможно боль в его грёзах — та самая истина, которую он стремился увидеть в работе. Символ. Просто … слишком больно. Правда часто приносит боль. И Реми станет ещё больней, если он узнает оставшуюся часть истины.


+0Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Начало (2010.09.28)

Доверьте мне свой разум. И я разрисую ваш мир идеальными картинами. Сотру грань между сном и реальностью. Между реальностью и вымыслом. Между вымыслом и сном. Доверьте мне ваши мысли, и я покажу вам, что вы думаете на самом деле. Доверьте мне ваши мечты, и вы больше никогда не сможете их вспомнить.

Нет-нет-нет! Не режиссёр снял грамотный фильм. Не композитор написал симфонию, как всегда великолепную. Не писатель написал простой бестселлер. Достаточно взглянуть на вывороченную наизнанку реальность. Понаблюдать, как мир складывается надвое, соприкасаясь домами, словно деталями огромного лего-города. Поучаствовать в драке во всех измерениях. Окунуться спящим в сон и вывернуться в реальность. Сюрреалист, вырисовывающий бесконечную картину эхо. Авангардист, корёжащий лица. Какой-то сумасшедший, что рвёт произведения тупыми ножницами.

Нет-нет-нет! Нолана подводят собственные поклонники, облачая его детище в гениальное умное кино с множествами смыслов и подтекстов. Достаточно моргнуть раз, рефлексивно зажмуриться от грохота производимого выстрела и понимаешь, что все идеи схлопываются одна в одну. Как будто просыпаешься всё время во сне и пытаешься, наконец, вынырнуть наружу, обнаруживая с каждым разом, что был ещё глубже. Всего одну великолепную идею и проблему заложил создатель в своё детище и давил, давил, давил… пока не вдавил её полностью в лоб лояльного зрителя. Теперь все сны слабы перед неизвестностью. Теперь в нашей жизни существуют архитекторы, имитаторы, воры. Теперь, вместе с пронесшимся по дороге поездом, встаёт собственная бесконечность. С бесконечными лестницами, с проекциями подсознания. Мы будем хотеть не различать миры, сны, галлюцинации. Мы будем видеть то, что хотим видеть. Мы делали так всегда, но теперь, благодаря умному художнику мы будем учиться смотреть.

Нет-нет-нет! Я видел много знакомого в этом уникальном мире. Я видел философию Матрицы. Видел немного Дозоров. Видел собственного Геймера и Газонокосильщика. Всё того же ДиКаприо, что сходил с ума на Острове Проклятых. Видел множества мнимых начал, зависал в желанном, отвергал желанное, создавал желанное. А Нолан лишь накладывал сотни кадров в мгновение, открывался слишком быстро. Слишком тесными оказались два с половиной часа. Слишком тесной оказалась бесконечность. Хочется ещё! Нарисуй мне больше!

А теперь представьте, как заглядываете внутрь простейших титров. Как не покидает ощущение сытой реальности. Как не верится, ни в хороший конец, ни в плохой. Подарите мне хотя бы одну вашу мысль, и вы больше никогда не будете точно уверены, что проснулись.


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

Обитель зла 4: Жизнь после смерти (2010.09.28)

Ну, раз уж милая Милла говорит, что испытывает особую теплоту к данной франшизе, а её ненаглядный муженёк просто уже полюбил снимать фильмы с консольными сюжетами, можно смело утверждать, что жизнеутверждающая концовка есть просто желание снимать эпопею, «пока смерть их не разлучит». Ну или деньги.

Когда в 2002 году легендарный Ромеро, отец всея зомби, хотел поставить начало всей Обители Зла на большой экран, ему не повезло только в одном — в продюсере-бяке Бенрнде Айхингере, из-за которого утончённая душа Ромеро кинула всё и чуть ли не сожгла свой великолепный сценарий с личной самоликвидацией. Андерсон пришёл как бы случайно. Но очень метко. Мало того, что денег подзаработал, так ещё и любовь свою нашёл. Прямо сказка. Зомби-сказка, в которой его жена, будучи терминатором в юбке, прыгала по атмосферным, переполненным игровым антуражем, замкнутым пространствам. Полу же не впервой. Просто всё же у него лучше получается снимать фильмы не обделённые какой-либо глубиной мысли. Мортал Комбат вот очень даже неплохо снял, почти не задумываясь.

С тех пор, кстати, стоит заметить, что у фильмов есть какое-то проклятие по набору кадров и всяких людей вообще. Наташа Хенстридж могла сыграть во второй части Джил, но не срослось. В третьей части ей вновь предлагали — а она не смогла. В четвёртой её вместе с персонажем послали куда подальше, хотя в ролях персонаж значится. Андерсон должен был поочерёдно снимать и вторую и третью части, но ни с одной не выгорело. Снуп Дог вот тоже хотел-хотел, да как-то не дошёл. Названия вечно переделывали в последний момент из-за всяких политических неурядиц.

Конечно, сами игры уже с третьей части «были совсем не те», но всё же вычурные сценарии бога кинематографической реинкарнации мрачной игрушки о не менее мрачной корпорации Umbrella (зонтик как-то мягко звучит), сыграли в этом немаловажную роль. Ну во-первых, да, первая часть — это была настоящая старомодная картина в жанре «главный-то герой выживет, а вот кто-нибудь ещё останется в живых? » для зрителя это был драйв и хоррор, где сам «зомби» был символичен и очень важен для сюжета. А вот в последствии всё это превратилось в скорей не высасывание из пальца, а просто детские рассуждения о том, почему всё так случилось. Опять коварные мега-корпорации, опять хитросплетения детектива и мистики. В первой части просто не хватало времени задуматься, нужно было выживать, остальные же части дают вдоволь отдышаться и подумать над смыслом жизни.

Жанров стало больше, стало быть и болевых точек увеличилось прилично. Ляпы стали колоть глаза. И намёки и отсылки вовсе прокисли. После первой части франшиза потеряла своего «зомби», как символ. Кстати, тут люди расписывали уже давно, но просто интересно отметить, что зомби — это вообще политический образ и сатира. И в принципе говорить, что Пол Андерсон не виноват, потому что загубили франшизу его преемники по второй и третьей части, крайне нелогично. Ведь Пол всё ещё является автором сюжета к каждой из серий. Вот поэтому и четвёртая часть вовсе не лучше остальных. Там, правда бюджета прибавилось на треть. И спецэффекты стали лучше, немножко. Дядька, вот, с огромным молотом-топором вызывает бурю эмоций и предлагает всем вспомнить Пирамидоголового (или просто Пирамидхед) из более удачно скроенного Сайлент Хилла (тоже кстати мрачной японской игрушки)

Андерсон нашпиговал кино огромным количеством slo-mo, в результате чего главный злой дядька, прилизанный и носящий чёрные очки и имеющий просто феноменальную мимику Терминатора, не просто вызывает воспоминания об агенте Смите, а даже почти копирует его. Ещё странных ребят, что напоминали одновременно кровососов из игры Сталкер, и вампиров из второго Блейда. Вот только о героях Андерсон почти забыл. Точнее, он конечно присунул туда парочку персонажей из самой игры, что заставляет невозбранно ностальгировать по ходу фильма, но вот все остальные ребята смотрелись не просто картонно, а бумажно приклеенно к стене. Мало того, что дохли ребята не просто не за что, а вовсе за просто так, так ещё в сюжете почему-то некоторым приписали абсолютно бесполезные черты характера, которые совершенно не играют погоды. Однако имеющие необъятное доброе сердце определённо будут скорбеть, ведь, возможно, у кого-то из них были дети, семья, мечта стать лучшим бейсболистом мира или быть героем какого-нибудь бесполезного спин-оффа.

У первых трёх частей была хоть какая-то мораль. В первой выживал человек высших душевных мук и метаний. Во второй спаслась маленькая девочка. В третьей спаслось много маленьких девочек. А вот в четвёртой что-то как-то маленьких девочек вообще не было. Так же, как и не было любимого элемента жанра survival horror, а именно красивого умерщвления героев. Пол Андерсон словно впервые пишет сценарий на домашнее задание в школе сценаристов, в котором: клишированные фразы, которые могли бы прокатить, если бы на них не стояла гробовая тишина, один персонаж, про которого почти весь зал орал «Да пристрелите же вы его, он вам только хуже сделает! », и плюс нелепое представление себе боевых сцен. Наверняка в объяснении было что-то наподобие «она прыгнула из всех сил, и враги были повержены».

Есть, конечно же, плюс, ребята tomandandy, которые словно специально идут на проекты, в которых можно легко выделить их удачные музыкальные вставки, как луч света в царстве тьмы. В целом, именно они нагоняют всё время атмосферу и вырабатывают совершенно необходимые эмоции, что действует даже в техническом плане, как иллюзия. Кино сразу же становится сдобным и приятным на вкус. Как салатик в МакДональдсе.

Есть удачные моменты. Их немного, но в них видится тот самый Андерсон, что поставил когда-то Мортал Комбат. Так сказать, талант у автора есть. Вот только напоминает этот талант скорей гения, который не хочет учиться, и поэтому есть двоечник, чем талант, на которого давят со всех сторон все, кому не лень. И не хочется думать, что первый Обитель Зла был просто удачей.


+2Если Вы считаете этот комментарий полезным, то проголосуйте за него. читать ответы (0)

всего лайков в разделе - 45
последние лайки:


на комментарий
к фильму Признания опасного человека
от MugenNoSora (2020.03.04)
СА: 7 лет 12 месяцев
аккаунт зарегистрирован в 2012.03.09 г.
последний раз в 2020.03.21 г.
=================
голосов в аниме: 27
голосов в кино: 99
голосов в играх: 9
=================
комментариев в аниме: 2
комментариев в кино: 9
комментариев в играх: 3
получено лайков за комментарии: 20



на комментарий
к фильму Посылка
от 666Sagra666 (2019.01.21)
СА: 8 лет 1 месяц
аккаунт зарегистрирован в 2012.04.17 г.
последний раз в 2020.05.19 г.
=================
голосов в аниме: 463
голосов в кино: 956
голосов в играх: 27



на комментарий
к фильму Хижина в лесу
от 666Sagra666 (2019.01.21)
СА: 8 лет 1 месяц
аккаунт зарегистрирован в 2012.04.17 г.
последний раз в 2020.05.19 г.
=================
голосов в аниме: 463
голосов в кино: 956
голосов в играх: 27



на комментарий
к фильму Президент Линкольн: Охотник на вампиров
от 666Sagra666 (2019.01.06)
СА: 8 лет 1 месяц
аккаунт зарегистрирован в 2012.04.17 г.
последний раз в 2020.05.19 г.
=================
голосов в аниме: 463
голосов в кино: 956
голосов в играх: 27



на комментарий
к фильму Хижина в лесу
от Liveless_In_Night (2017.02.20)
СА: 10 лет 4 месяца
аккаунт зарегистрирован в 2009.12.09 г.
последний раз в 2020.04.14 г.
=================
голосов в аниме: 8
голосов в кино: 37
голосов в играх: 1
=================
комментариев в аниме: 22
комментариев в кино: 36
комментариев в играх: 2
получено лайков за комментарии: 122



на комментарий
к фильму Конан-варвар 3D
от Bartuk 707 (2016.12.22)
СА: 10 лет 3 месяца
аккаунт зарегистрирован в 2010.03.11 г.
последний раз в 2020.07.05 г.
=================
голосов в аниме: 1148
голосов в кино: 800
голосов в играх: 20
=================
комментариев в аниме: 303
комментариев в кино: 50
комментариев в играх: 1
получено лайков за комментарии: 930



на комментарий
к фильму Обитель зла 4: Жизнь после смерти
от Bartuk 707 (2016.12.09)
СА: 10 лет 3 месяца
аккаунт зарегистрирован в 2010.03.11 г.
последний раз в 2020.07.05 г.
=================
голосов в аниме: 1148
голосов в кино: 800
голосов в играх: 20
=================
комментариев в аниме: 303
комментариев в кино: 50
комментариев в играх: 1
получено лайков за комментарии: 930



на комментарий
к фильму Первый мститель
от Bartuk 707 (2016.01.01)
СА: 10 лет 3 месяца
аккаунт зарегистрирован в 2010.03.11 г.
последний раз в 2020.07.05 г.
=================
голосов в аниме: 1148
голосов в кино: 800
голосов в играх: 20
=================
комментариев в аниме: 303
комментариев в кино: 50
комментариев в играх: 1
получено лайков за комментарии: 930



на комментарий
к фильму Страна приливов
от 9165 (2015.04.02)
СА: 3 года 2 месяца
аккаунт зарегистрирован в 2015.01.08 г.
последний раз в 2018.03.30 г.
=================
голосов в аниме: 94
голосов в кино: 3684
=================
комментариев в кино: 155
получено лайков за комментарии: 114



на комментарий
к фильму Гарри Поттер и Дары смерти: Часть 2
от Bartuk 707 (2014.07.08)
СА: 10 лет 3 месяца
аккаунт зарегистрирован в 2010.03.11 г.
последний раз в 2020.07.05 г.
=================
голосов в аниме: 1148
голосов в кино: 800
голосов в играх: 20
=================
комментариев в аниме: 303
комментариев в кино: 50
комментариев в играх: 1
получено лайков за комментарии: 930




Реклама на сайте | Ответы на вопросы | Написать сообщение администрации

Работаем для вас с 2003 года. Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше.
Права на оригинальные тексты, а также на подбор и расположение материалов принадлежат www.world-art.ru
Основные темы сайта World Art: фильмы и сериалы | видеоигры | аниме и манга | литература | живопись | архитектура